О воле и силе решений. Кастанеда

30 мая 1969 года я вновь приехал к дону Хуана и с порога заявил, что хочу ещё раз попытаться «увидеть». Он отрицательно покачал головой, засмеялся и сказал, что придётся потерпеть, потому что ещё не время. Но я упорно твердил, что уже готов.

Похоже, мои навязчивые просьбы не особенно его раздражали. Тем не менее он попытался сменить тему. Я не поддался и попросил его посоветовать, как мне справиться со своим нетерепением.

– Ты должен действовать, как воин, – сказал он.

– Как?

– Чтобы научиться действовать, как воин, нужно действовать, а не болтать.

– Ты говорил, что воин думает о своей смерти. Я всё время это делаю, но, очевидно, этого недостаточно.

Он вроде начал сердиться и даже чмокнул губами. Я поспешно сказал, что не хотел его злить, и что если я сейчас не нужен, то готов уехать обратно в Лос Анжелес. Дон Хуан мягко погладил меня по спине и сказал, что мне хорошо известно, что значит «быть воином».

– Что я должен делать, чтобы жить как воин? – спросил я.

Он снял шляпу и почесал виски. Он пристально посмотрел на меня и улыбнулся.

– Ты любишь всё, выраженное в словах, не так ли?

– Так работает моё сознание.

– Оно не должно так работать.

– Я не знаю, как измениться. Вот почему я прошу тебя рассказать мне, что именно я должен делать, чтобы жить как воин. А я попытаюсь к этому приспособиться.

Почему-то моё заявление показалось ему забавным, и он долго хохотал, хлопая меня по спине.

У меня было чувство, что он с минуту на минуту собирается отправить меня домой, поэтому я быстро уселся напротив него на свою циновку и стал задавать вопросы. Меня интересовало, почему мне следует выжидать.

Он объяснил, что если я попытаюсь видеть, не «залечив» предварительно «раны», полученные в битве со стражем, то могу опять столкнуться с этим монстром, даже если не буду искать встречи с ним. Дон Хуан заверил меня, что выжить в такой ситуации не способен никто.

– Ты должен полностью забыть стража, и только после этого пытаться видеть снова.

– Забыть стража?! Да разве такое можно забыть?

– Для того, чтобы забыть, воин использует волю и терпение. В действительности это всё, что у него есть. При помощи воли и терпения воин добивается всего, чего хочет.

– Но я же – не воин.

– Ты встал на путь магии. У тебя нет больше времени на на отступление, ни на сожаления. Время есть лишь на то, чтобы жить, как подобает воину, вырабатывая терпение и волю. Нравится тебе это или нет.

– Как воин их вырабатывает?

Прежде, чем ответить, дон Хуан долго думал. В конце концов он произнёс:

– Мне кажется, об этом невозможно рассказать. Особенно о воле, потому что воля – это нечто очень специфическое. Проявления её таинственны. Нет никакой возможности объяснить, как её использовать, можно только увидеть результаты. Они ошеломляют. Наверное, прежде всего нужно осознать, что волю можно развить. Воин знает об этом и терпеливо ждёт. Ты не отдаёшь себе отчёта в том, что твоё ожидание – ожидание воли. И это твоя ошибка.

Мой бенефактор говорил мне, что воин знает, чего он ждёт, и знает чего ждёт. Ты знаешь, что ждёшь. Но хотя ты и околачиваешься здесь годами, ты так до сих пор и не понял, чего именно ждёшь.

Среднему, обычному человеку очень трудно, практически невозможно узнать, чего он ждёт. Для воина, однако, такой проблемы не существует. Он знает, что его ожидание – это ожидание воли.

– Ты можешь мне чётко сказать, что такое воля? Это что – устремление, вроде мечты Лусио заполучить мотоцикл?

– Нет, – мягко произнёс дон Хуан и усмехнулся. – Это – не воля. Лусио просто потакает своим желаниям и своей слабости. Воля – это другое. Воля – это нечто предельно чистое, мощное, что направляет наши действия. Воля – это то, что позволяет человеку победить в битве, будучи обречённым на поражение.

– Тогда, может быть, воля – это то, что мы называем мужеством?

– Нет, мужество – это другое. Мужественные люди зависимы. Они благородны, из года в год окружены толпой людей, которые превозносят их и восхищаются ими. Но волей из мужественных людей не обладает почти никто. Они бесстрашны, способны на действия очень смелые, однако обычные, не выходящие за рамки здравого смысла. Большинство мужественных людей внушают страх, их боятся. Но проявления воли относятся к достижениям, которые не укладываются ни в какие рамки нашей обычной реальности, поразительным действиям, выходящим за пределы здравого смысла.

– Воля – это владение собой?

– Можно сказать, что это один из видов контроля.

– Как ты думаешь, я могу тренировать волю, например, отказываясь от чего-то?

– Например, от того, чтобы задавать вопросы, – съязвил дон Хуан.

Тон его при этом был настолько въедлив, что я даже перестал писать и поднял на него глаза. Мы оба рассмеялись.

– Нет. Отказывая себе в чём-либо, человек потакает себе, идя на поводу самолюбия или даже самовлюблённости. Я не советую заниматься подобными глупостями. Поэтому и позволяю тебе спрашивать всё, что ты пожелаешь. Если бы я потребовал от тебя прекратить задавать вопросы, ты мог бы поранить свою волю, пытаясь выполнить моё требование. Самоограничение – самый худший и самый злостный вид потакания себе. Поступая подобным образом, мы заставляем себя верить, что совершаем нечто значительное, чуть ли не подвиг, а в действительности только ещё больше углубляемся в самолюбование, давая пищу самолюбию и чувству собственной важности. Отказаться от чего-то или заставить себя перестать что-то делать – это ещё не проявление воли. Если ты, например, заставишь себя перестать задавать вопросы, это действие не будет иметь с волей ничего общего. Воля – это энергия, сила, самостоятельная действующая единица. Она требует должного управления и настройки, на что требуется время. Мне это известно, поэтому в отношении тебя я спокоен. Когда мне было столько же лет, сколько тебе сейчас, я был не менее импульсивен, чем ты. Но это прошло. Воле нет дела до наших слабостей, она работает несмотря ни на что. Твоя, например, уже начинает приоткрывать просвет.

– О каком просвете ты говоришь?

– У нас есть просвет, как родничок на голове младенца. Только родничок со временем закрывается, а этот просвет – наоборот, по мере того, как у человека развивается воля, становится всё больше.

– Где он находится?

– Там, откуда исходят светящиеся волокна, – сказал он, показывая на мою брюшную полость.

– Для чего он?

– Через это отверстие, подобно стреле, выстреливается воля.

– Воля материальна?

– Нет. Я просто сказал так, чтобы тебе было понятнее. То, что маг называет волей, есть сила внутри нас самих. Это не мысль, не предмет, не желание. Прекратить задавать вопросы – не значит использовать волю, потому что для этого нужно думать и хотеть. Воля – это то, что заставляет тебя побеждать, когда твой рассудок говорит тебе, что ты повержен. Воля – это то, что делает тебя неуязвимым. Воля – это то, что позволяет магу пройти сквозь стену, преодолеть огромное расстояние, попасть на Луну, если он того пожелает.

Больше я ни о чём не хотел спрашивать. Я устал и вдобавок нервничал, потому что боялся, что дон Хуан попросит меня уехать.

– Пойдём на холмы, – сказал он неожиданно и встал.

По пути он снова начал говорить о воле, посмеиваясь над тем, что я не мог записывать на ходу.

Он описал волю как силу, которая была истинным звеном между миром и людьми. К определению мира дон Хуан подошёл очень тщательно, сказав что мир – это то, что мы воспринимаем, независимо от избранного нами способа восприятия. Дон Хуан считал, что «восприятию мира» сопутствует процесс «схватывания», то есть глубокого осознания того, что перед нами предстало и было воспринято. Такое «комплексное» восприятие осуществляется органами чувств и волей.

Я спросил его, не является ли воля тем, что иногда называют «шестое чувство». Он ответил, что она, скорее, является связью между нами и воспринимаемым миром.

Я предложил остановиться, чтобы всё это записать. Но он засмеялся и продолжал идти.

В тот вечер он так и не отправил меня в Лос Анжелес. А на следующее утро, за завтраком, сам продолжил разговор о воле.

– То, что среди людей принято называть волей, – не более чем упорство и твёрдость характера, – сказал он. – То, что маг называет волей, – есть сила, которая исходит изнутри него и привязывается ко внешнему миру. Она выходит через живот, прямо отсюда, где находятся светящиеся волокна.

Он потёр свой пупок, указывая место.

– Я говорю, что она выходит отсюда, потому что так это чувствуешь.

– Почему ты называешь это волей?

– Я вообще это никак не называю. Но мой бенефактор называл это волей, и все люди знания называют это так.

– Вчера ты сказал, что мир можно воспринимать как чувствами, так и волей. Что это означает?

– Обычный человек «схватывает» то, что есть в мире с помощью рук, глаз или ушей. Маг может «схватывать» также и с помощью воли. Я не могу описать тебе, как это делается, но ты сам, к примеру, не можешь описать мне, как ты слышишь. Так случилось, что я тоже могу слышать, поэтому мы можем говорить о том, что мы слышим, но не о том, как мы слышим. Маг использует свою волю для того, чтобы ощущать мир. Но это ощущение не похоже на слуховое восприятие. Когда мы смотрим на мир или когда мы прислушиваемся к нему, у нас создаётся ощущение, что он вне нас и что он реален. Ощущая мир нашей волей, мы узнаём, что он не настолько «вне нас» и не так «реален», как мы думаем.

– Воля – это то же самое, что и видение?

– Нет. Воля – это сила, энергия. Видение – это не сила, а способ проникновения в суть вещей. Маг может иметь очень сильную волю, но он всё же может не видеть, что означает, что только человек знания ощущает мир своими чувствами, своей волей и своим видением.

Я сказал ему, что нахожусь в ещё большем замешательстве, чем при разговоре о том, как использовать свою волю, чтобы забыть стража. Это заявление и моё недоумение, казалось, развеселили его.

– Я предупреждал, что слова только запутывают, – сказал он и засмеялся. – Теперь ты знаешь, что ждёшь свою волю. Но ты всё ещё не знаешь, ни что это такое, ни как это может с тобой произойти. Поэтому тщательно следи за всем, что делаешь. В ежедневных мелочах, которыми ты занимаешься, кроется то, что поможет тебе развить волю.

Дон Хуан отсутствовал всё утро. Вернулся он после полудня с охапкой сухих растений. Кивком он попросил меня помочь, и несколько часов мы молча разбирали то, что он принёс. Закончив, мы присели отдохнуть, и дон Хуан благосклонно улыбнулся.

Я очень серьёзно заявил, что внимательно перечитал свои позавчерашние и вчерашние заметки, но так и не понял, что значит «быть воином» и в чём суть понятия воли.

– Воля – не понятие, – сказал дон Хуан.

Это были первые его слова, обращённые ко мне в тот день. Он довольно долго молчал, а потом продолжил:

– Мы с тобой очень разные. Наши характеры непохожи. Ты по природе в большей степени склонен к насилию, чем я. В твоём возрасте я не был агрессивен, более того – я был робок. Ты же – наоборот, и в этом похож на моего бенефактора. Он бы идеально подошёл тебе в качестве учителя. Это был великий маг, но он не видел. Ни так, как я, ни так, как Хенаро. Я ориентируюсь в мире и живу, опираясь на видение. Мой бенефактор должен был жить как воин. Видящий не должен жить как воин или как кто-то ещё, ему это ни к чему. Он видит, следовательно, для него всё в мире предстаёт в обличьи своей истинной сущности, должным образом направляя его жизнь. Но, учитывая твой характер, я должен сказать тебе, что, возможно, ты так никогда и не научишься видеть. В этом случае тебе придётся всю жизнь быть воином.

Мой бенефактор говорил: встав на путь знания, человек постепенно осознаёт, что обычная жизнь для него навсегда осталась позади, что знание – страшная вещь, и средства обычного мира уже не могут его защитить. Поэтому, чтобы уцелеть, нужно жить по-новому. И первое, что необходимо сделать на этом пути, – захотеть стать воином. Важное решение и важный шаг. Путь знания не оставляет выбора – идти по нему может только воин.

К тому моменту, когда человек осознаёт устрашающую природу знания, он осознаёт и то, что смерть на этом пути – верный попутчик, незаменимый партнёр, который всегда рядом. Смерть является главным фактором, превращающим знание в энергию, в реальную силу. Прикосновением смерти завершается всё, и всё, чего она коснулась, становится силой.

На каждом повороте этого пути человек сталкивается с угрозой полного уничтожения, поэтому неизбежно начинает осознавать свою смерть. Без осознания смерти он останется только обычным человеком, совершающим заученные действия. Он не будет обладать мощью и способностью к концентрации, чтобы отведённое ему на этой земле время превратить в магическую силу.

Поэтому, чтобы стать воином, человек прежде всего должен полностью осознать свою собственную смерть. Но простое беспокойство в связи с возможностью умереть ничего не даёт, лишь заставляет замкнуться на себе. Поэтому необходима отрешённость. Тогда идея неизбежности смерти не превращается в манию, а становится безразличной.

Дон Хуан замолчал и посмотрел на меня, словно ждал каких-то слов.

– Ты всё понял? – спросил он.

Я понял, что он сказал. Но представить себе, каким образом достигается отрешённость, не мог. Я сказал, что, судя по всему, уже добрался до той точки пути, в которой знание проявляет свою устрашающую природу. С уверенностью могу утверждать, что более не нахожу поддержки в обычной жизни, что хочу стать воином, вернее, не хочу, а остро в этом нуждаюсь.

– Тогда тебе нужно отречься, – сказал он.

– Отречься от чего?

– Отречься от всего.

– Но это невозможно. Я не намерен становиться отшельником.

– Я не об этом. Стать отшельником – значит потакать себе, своей слабости. Отшельник не отрекается, он насильно загоняет себя в пустыню, принуждая к затворничеству, или бежит от женщины, трудностей, полагая, что это спасёт его от разрушительного действия сил жизни и судьбы. Но это – самообман. Только мысль о смерти может дать человеку отрешённость, достаточную для того, чтобы принуждать себя к чему бы то ни было, равно как и для того, чтобы ни от чего не отказываться. Но это – не страстная жажда, а молчаливая страсть, которую воин испытывает к жизни и ко всему, что в ней есть. Он знает, что смерть следует за ним по пятам и не даст ни за что зацепиться, поэтому он пробует всё, ни к чему не привязываясь.

Отрешённый воин знает, что невозможно отвести смерть, и знает, что у него есть только одна поддержка – сила его решений. Он должен быть, так сказать, мастером своего выбора. Он должен полностью понимать, что он сам целиком отвечает за свой выбор и что если он однажды сделал его, то у него нет больше времени для сожалений или упрёков в свой адрес. Его решения окончательны просто потому, что его смерть не даёт ему времени привязаться к чему-либо.

И, таким образом, с осознанием своей смерти, своей отрешённости и силы своих решений воин размечает свою жизнь стратегически. Знание о своей смерти ведёт его, делает его отрешённым и молчаливо страждущим, и сила его окончательных решений делает его способным выбирать без сожалений, и то, что он выбирает, стратегически всегда самое лучшее. Поэтому он выполняет всё со вкусом и страстной эффективностью.

Когда человек ведёт себя таким образом, то можно смело сказать, что он – воин, и что он достиг своего терпения.

Дон Хуан спросил меня, не хочу ли я что-нибудь сказать, и я заметил, что задача, которую он только что описал, отнимет всю жизнь. Он сказал, что, хотя я слишком часто перечил ему, он знает, что в повседневной жизни я во многом вёл себя как воин.

– У тебя достаточно хорошие когти, – сказал он, смеясь. – Показывай их мне время от времени. Это хорошая практика.

Он сделал жест, изображая когти, и зарычал, а потом засмеялся. Затем он откашлялся и продолжал:

– Когда воин достиг терпения, он на пути к своей воле. Он знает, как ждать. Его смерть сидит рядом с ним на его циновке. Они друзья. Смерть загадочным образом советует ему, как варьировать обстоятельства и как жить стратегически. И воин ждёт. Я бы сказал, что воин учится без всякой спешки, потому что он знает, что он ждёт свою волю. Однажды он добьётся успеха в свершении чего-то, что обычно совершенно невозможно выполнить. Он может даже не заметить своего необычного поступка. Но по мере того, как он продолжает совершать необычные поступки, или по мере того, как необычные вещи продолжают случаться с ним, он начинает сознавать проявление какой-то силы, исходящей из его тела. Сначала она подобна зуду на животе или жжению, которое нельзя успокоить. Затем это становится болью, большим неудобством. Иногда боль и неудобство так велики, что у воина бывают конвульсии в течение месяца. Чем сильнее конвульсии, тем лучше для него. Отличной воле всегда предшествует сильная боль.

Когда конвульсии исчезают, воин замечает, что у него появляется странное чувство относительно вещей. Он замечает, что может, фактически, трогать всё, что он хочет тем чувством, которое исходит из его тела – из точки, находящейся в районе пупка. Это чувство есть воля, и когда он способен охватываться им, можно смело сказать, что воин, – маг, и что он достиг воли.

Дон Хуан остановился и, казалось, ждал моих замечаний или вопросов. Я был слишком занят мыслью, что маг должен испытывать боль и конвульсии, и мне было неудобно спрашивать его, должен ли я также пройти через это. Наконец, после долгого молчания, я спросил его об этом, и он рассмеялся, как будто ждал этого вопроса. Он сказал, что боль не является абсолютно необходимой и что он, например, никогда не испытывал её, и воля просто пришла к нему.

– Однажды я был в горах, – начал он, – и натолкнулся на пуму, самку. Она была большая и голодная. Я побежал, и она погналась за мной. Я влез на скалу, а она остановилась в нескольких футах, готовая к нападению. Я стал бросать в неё камни. Она зарычала и собралась атаковать меня. И тогда моя воля полностью вышла; я остановил пуму до того, как она прыгнула. Я поласкал её своей волей. Я действительно потрогал ею её соски. Она посмотрела на меня сонными глазами и легла. А я побежал как сукин сын, не дожидаясь, пока она оправится.

Дон Хуан сделал очень комичный жест, изображая человека, которому дорога жизнь, бегущего и придерживающего свою шляпу.

Я сказал ему, что мне неловко думать, что меня ожидают только самки горных львов или конвульсии. Я хотел волю.

– Мой бенефактор был магом с большими силами, – продолжал он. – Он был воин до мозга костей. Его воля была действительно его самым чудесным достижением. Но человек может пойти ещё дальше. Человек может научиться видеть. После того, как он научился видеть, ему не нужно больше быть ни воином, ни магом. Став видящим, человек становится всем, сделавшись ничем. Он как бы исчезает, и в то же время он остаётся. В принципе он может заполучить всё, что только пожелает, и достичь всего, к чему бы ни устремился. Но он не желает ничего, и вместо того, чтобы забавляться, играя обычными людьми, как безмозглыми игрушками, он растворяется среди них, разделяя их глупость. Единственная разница состоит в том, что видящийконтролирует свою глупость, а обычный человек – нет. Став видящим, человек теряет интерес к своим ближним. Видение позволяет ему отрешиться от всего, что он знал раньше.

– Меня бросает в дрожь при одной только мысли об отрешении от всего, что я знаю, – сказал я.

– Ты, должно быть, шутишь! Тебя должно бросать в дрожь не от этой мысли, а от того, что впереди у тебя нет ничего, кроме рутинного повторения одних и тех же действий в течение всей жизни. Представь человека, который из года в год выращивает зерно, и так до тех пор, пока силы не покидают его, и он не падает, подобно старому облезлому псу. Все его мысли и чувства, всё, что в нём есть самого лучшего, принесено в жертву одному – добыче еды, производству пропитания. Бессмысленная жертва, пустая трата времени – жить, чтобы питаться, и питаться ради жизни, и снова жить, чтобы питаться, и так – до самой смерти. Развлечения, придуманные людьми, как бы они при этом ни изощрялись, – всего лишь жалкие потуги забыться, не выходя за пределы порочного круга – питаться, чтобы жить, и жить, чтобы питаться… Как по мне, то не может быть страшнее потери!

Мы – люди, и наша судьба, наше предназначение – учиться ради открытия всё новых и новых непостижимых миров.

– Что, новые миры – это реальность? – спросил я недоверчиво.

– Глупый ты! Мы ещё только в самом начале пути. Видение доступно лишь безупречному воину. Закали свой дух и стань таковым. Тогда, научившись видеть, ты узнаешь, что непознанным мирам нет числа и что все они – здесь, перед нами.

Жизнь трудна. Морган Скотт Пек о самодисциплине

Жизнь трудна.

Это великая истина, одна из величайших истин вообще. Величие состоит в том, что если мы эту истину видим по-настоящему, то уже преодолеваем ее, выходим за ее пределы. Если мы по-настоящему знаем, что жизнь трудна, если мы воистину понимаем и принимаем это, – то жизнь перестает быть трудной. Ибо если это воспринято, то трудность жизни больше не властна над нами.

Большинство людей не очень хорошо понимают, что жизнь трудна. Вместо этого они более или менее непрерывно стонут, кто вслух, кто втихомолку, от непомерности проблем, от бремени трудностей, – как будто жизнь бывает легкой, как будто она должна быть легкой. Они уверяют, шумно или робко, что их трудности исключительны, что их не должно быть, что эта напасть каким-то особенным образом постигла не кого-нибудь другого, а именно их или их семью, род, класс, нацию, расу или даже все человечество. Я знаю об этих стенаниях достаточно, потому что заплатил им и свою дань.

Жизнь состоит из цепи проблем. Желаем ли мы сокрушаться по этому поводу или будем решать их? Хотим ли мы научить наших детей решать свои проблемы?

Дисциплина – это тот основной набор инструментов, который необходим для решения жизненных проблем. Без дисциплины мы не сможем решить ничего. При некоторой дисциплине мы сможем решить некоторые проблемы. При полной дисциплине мы можем решить все проблемы.

Жизнь оказывается трудной потому, что противостояние проблемам, решение их – тягостный, болезненный процесс. Проблемы, в зависимости от их характера, вызывают у нас досаду, сожаление, печаль, тоску, чувство вины, боль, злость, страх, беспокойство, терзание, отчаяние и т.п. Эти чувства неприятны, часто – очень неприятны, часто столь же болезненны, как и настоящая физическая боль, а иногда достигают силы самой острой физической боли. В сущности, именно те события и конфликты, которые вызывают у нас боль и страдания, мы именуем проблемами. И поскольку жизнь предлагает нам бесконечную последовательность проблем, она всегда трудна и полна боли, но также – и радости.

Да, именно в этом процессе столкновений с проблемами и их решения жизнь обретает свой смысл. Проблемы – это грань, отделяющая успех от неудачи. Проблемы взывают к нашей смелости и мудрости. На самом деле именно они и создают нашу смелость и нашу мудрость. Только благодаря проблемам мы растем умственно и духовно. Когда мы хотим поощрить, поддержать развитие человеческой души, то стимулируем и поощряем способность решать проблемы; в школе мы намеренно придумываем задачи, которые должны решать наши дети. Через боль, трудности, столкновения с проблемами и их решение мы учимся. Как сказал Бенджамин Франклин: «Больно – значит, поучительно». Поэтому умный человек приучает себя не только не пугаться проблем, но, наоборот, приветствовать их, приветствовать сопровождающую их боль.

Большинство из нас все же не настолько мудры. Опасаясь сопутствующей боли, почти все мы, только в разной степени, пытаемся избежать проблем. Мы тянем время, медлим, надеясь, что они как-нибудь исчезнут. Мы игнорируем их, забываем, делаем вид, что их нет. Мы даже принимаем лекарство, помогающее их игнорировать, – как будто, анестезируя болевые ощущения, мы можем забыть вызвавшие боль проблемы. Мы ищем обходные пути, вместо того чтобы принимать решение проблемы на себя. Мы пытаемся избавиться от проблемы, вместо того чтобы выстрадать ее до конца.

Привычка уклоняться от проблем и сопутствующего им эмоционального страдания лежит в основе всех психических заболеваний человека. Поскольку большинство из нас в большей или меньшей степени подвержены этой привычке, постольку почти все мы психически больны, то есть в большей или меньшей степени нам недостает душевного здоровья. Некоторые люди предпочитают совершенно экстраординарные меры, лишь бы избежать проблем и вызываемых ими страданий. Пытаясь избавиться от проблем, они уходят далеко от простых и ясных решений, выстраивают свой собственный необычайно замысловатый фантастический мир и живут в нем, иногда полностью игнорируя реальность. Изящно и кратко об этом сказал Карл Юнг: «Всякий невроз – это замещение законного страдания».*

Однако замещение в итоге становится еще более болезненным, чем изначальное законное страдание. Сам невроз оказывается величайшей проблемой. Оставаясь верными избранному пути, многие больные пробуют избежать боли и новых проблем, придумывая новое замещение, и так, слой за слоем, выстраивают сложные неврозы. К счастью, у некоторых достает мужества взглянуть своим неврозам в лицо и начать – обычно с помощью психотерапии – изучать практику законного страдания. В любом случае, если мы избегаем законного страдания, которое возникает в борьбе с проблемами, то тем самым мы избегаем собственного развития, которое и стимулируют в нас эти проблемы. По этой причине при хроническом душевном заболевании развитие человека прекращается, он «застревает». И при отсутствии лечения разум такого человека деградирует.

Давайте же культивировать в себе и в детях средства, укрепляющие умственное и душевное здоровье. Другими словами, давайте будем учиться сами и обучать наших детей необходимости страдания, пониманию его ценности; давайте вырабатывать в себе потребность встречать проблемы лицом к лицу и переживать связанную с ними боль. Я уже сказал, что дисциплина является тем основным набором инструментов, который нужен для решения жизненных проблем. Мы увидим далее, что эти инструменты – это техника страдания, это средства, с помощью которых мы переживаем боль проблем, в то же время прорабатывая и успешно решая их, обучаясь и развиваясь в этом процессе. Обучая дисциплине себя и детей, мы тем самым учимся – и учим детей – страдать и развиваться.

ОТСРОЧКА УДОВОЛЬСТВИЯ

Недавно тридцатилетняя женщина-экономист пожаловалась мне, что вот уже несколько месяцев замечает за собой отвращение к работе, склонность откладывать задания «на потом». Мы проанализировали ее отношение к работодателям, к власти вообще и к родителям в частности. Мы изучили ее представления о работе и успехе и то, как эти представления связаны с ее замужеством, сексуальной жизнью, с ее желанием соревноваться с мужем и боязнью такого соревнования. Словом, провели стандартный курс кропотливой психоаналитической работы, но, несмотря на это, она продолжала точно так же тянуть и откладывать работу, как и раньше. В конце концов однажды мы решились взглянуть правде в глаза.

– Вы любите сладкие булочки? – спросил я ее. Она кивнула утвердительно.

– А какую часть вы любите больше, мякиш или глазурованную корочку?

– О, конечно корочку!

– И как же вы едите булку? – продолжал я допытываться, чувствуя себя самым бестолковым психиатром в мире.

– Сначала я съедаю корочку… – отвечала она.

От ее гурманских привычек мы перешли к привычкам служебным, и, конечно, выяснилось, что рабочий день она распределяет так, чтобы самую приятную часть работы сделать в первый час, а остальные шесть часов волынить с неприятной частью. Я предположил, что если бы она нашла в себе силы сделать самую неприятную работу в первый час, то остальные шесть часов оказались бы приятными. И разве один неприятный час, за которым следует шесть приятных, не лучше, чем один приятный и шесть мучительных? Она согласилась со мной, а поскольку на самом деле была волевой женщиной, то вскоре совершенно перестала отлынивать от работы.

Отсрочка удовольствия – это такое расписание для неприятностей и удовольствий, когда мы усиливаем удовольствие за счет того, что сначала принимаем неприятности и расправляемся с ними. И это – единственный достойный образ жизни.

Этот инструмент – или процесс – хорошо известен детям; некоторые овладевают им уже в пятилетнем возрасте. Например, пятилетний хитрец может предлагать ровеснику первым сыграть в некую приятную игру, чтобы оттянуть свое собственное удовольствие. В шестилетнем возрасте он уже начинает булочку с мякиша, оставляя глазурь на закуску. В младших классах школы дети ежедневно упражняют свое умение откладывать удовольствие; особенно это видно на примере домашних заданий. Некоторые двенадцатилетние дети уже вполне способны без родительских напоминаний сесть за уроки и выполнить их до начала телевизионной передачи. У подростка пятнадцати-шестнадцати лет такое поведение должно быть нормой.

Воспитатели, однако, хорошо знают, что значительное число подростков далеки от этой нормы. У большинства 15 – 16-летних подростков способность откладывать удовольствие вполне развита, но есть и такие, у кого она ограничена, а у некоторых, похоже, отсутствует совершенно. Это – трудные подростки. Несмотря на средний или даже высокий уровень интеллекта, они учатся плохо просто потому, что не работают. Они пропускают уроки или вообще при первой же возможности не идут в школу. Они импульсивны, и эта импульсивность никогда не покидает их. Они часто дерутся, втягиваются в компании с наркотиками, становятся объектом внимания полиции. Их девиз – играем сейчас, заплатим потом. Наконец приходит очередь обратиться к психологам и психиатрам; обычно бывает уже слишком поздно. Эти подростки с негодованием встречают всякую попытку вмешательства в их импульсивный образ жизни, и даже если врачу удается преодолеть сопротивление своим дружелюбием, теплотой и неосуждающим участием, то все та же закоренелая импульсивность исключает сколько-нибудь серьезное участие таких подростков в курсе психотерапии. Они пропускают приемы у врача. Они уклоняются от всяких неприятных или серьезных разговоров. Словом, попытки вмешательства обычно оказываются безуспешными; эти дети в конце концов бросают школу – лишь для того, чтобы продолжить свободное падение, которое чаще всего заканчивается безобразным браком, несчастным случаем, психиатрической лечебницей или тюрьмой.

Почему? Почему большинство людей могут научиться откладывать удовольствие, а меньшинство, не такое уж незаметное, терпит неудачу, часто непоправимую? Точного ответа на этот вопрос нет. Значение генетических факторов неясно. Слишком трудно учесть и проконтролировать все составляющие, чтобы можно было сделать научные выводы. Однако большинство результатов исследований указывают достаточно явно, что главную роль играет семейная история.

Карлос Кастанеда о трудном пути нагваля Хулиана

Флоринда Матус предложила мне сосредоточиться на учителе дона Хуана, нагвале Хулиане. И сама Флоринда, и моя внимательная сосредоточенность на этом человеке открыли мне, что нагваль Хулиан Осорио был довольно неплохим актером, и не просто актером, а достаточно распущенным человеком, озабоченным исключительно совращением женщин – самых разных женщин, с которыми он общался во время своих театральных представлений. Он был таким беспутным, что в конце концов подорвал себе здоровье и заболел туберкулезом.

Однажды его учитель, нагваль Элиас, нашел его на каком-то открытом поле на окраине города Дуранго, когда он соблазнял дочь одного богатого землевладельца. От старания у актера началось кровотечение, которое вскоре стало таким сильным, что он оказался на грани смерти. Флоринда сказала, что нагваль Элиас видел, что он никак не может помочь актеру. Вылечить его было просто невозможно, и единственное, что мог сделать Элиас как нагваль, – остановить кровотечение. После этого он счел необходимым сделать актеру одно предложение.

– В пять утра я ухожу в горы, – сказал он. – Встретимся у выхода из города. Приходи. Если ты не придешь, то умрешь намного раньше, чем тебе кажется. Единственное спасение для тебя – пойти со мной. Я никогда не смогу вылечить тебя, но могу изменить направление твоего неуклонного движения к той бездне, что отмечает завершение жизни. Я уведу тебя очень далеко от этой бездны – либо налево, либо направо от нее. Ты будешь жить, пока не свалишься в нее. Ты никогда не выздоровеешь, но жить будешь.

Нагваль Элиас не питал особых надежд в отношении этого актера – ленивого, неопрятного, индульгирующего и, возможно, даже трусливого. Поэтому он был удивлен, когда на следующий день, в пять утра, увидел, что актер дожидается его на краю города. Он взял его с собой в горы, и со временем этот актер стал нагвалем Хулианом – туберкулезником, который так и не выздоровел, но, судя по всему, прожил целых 107 лет, прохаживаясь вдоль самого края пропасти.

– Разумеется, для тебя важнее всего наблюдать за тем, как нагваль Хулиан идет вдоль края бездны, – сказала мне однажды Флоринда. – Нагваль Хуан Матус никогда этим не интересовался. Для него все это было просто излишним. Но ты не так талантлив, как нагваль Хуан Матус. Для тебя как для воина не может быть ничего лишнего. Ты должен добиться того, чтобы мысли, чувства и представления шаманов Древней Мексики беспрепятственно достигали тебя.

Флоринда была права. У меня не было способностей нагваля Хуана Матуса. Как она и утверждала, ничто не могло оказаться для меня излишним. Я нуждался во всех вспомогательных приспособлениях, в любых тонкостях. Я не мог позволить себе упустить какую-либо точку зрения или идею шаманов Древней Мексики, какими бы далекими они мне ни казались.

Наблюдение за прогулкой нагваля Хулиана по краю бездны означало, что моя способность сосредоточивать свое вспоминание могла быть расширена до тех ощущений, которые испытывал сам нагваль Хулиан в отношении своей самой необычной борьбы за то, чтобы остаться в живых. Я был до мозга костей поражен пониманием того, что борьба этого человека была ежесекундным сражением между его ужасающими привычками к индульгированию и необычайной чувственностью, с одной стороны, и твердым желанием выжить – с другой. Его сражения были не единичными; это была непрестанная, дисциплинированная борьба за сохранение равновесия. Путь по краю бездны означал битву воина, доведенную до того уровня, когда значение имеет каждое мгновение. Один-единственный миг слабости мог привести к падению нагваля Хулиана в эту бездну.

Впрочем, такое напряжение слабело, если он удерживал свой взгляд, свое внимание, свою озабоченность сосредоточенными на том, что Флоринда назвала «краем бездны». Что бы он ни видел там, оно не могло выглядеть настолько же безнадежным, как то, что происходило, когда им начинали овладевать застарелые привычки. Когда я наблюдал за нагвалем Хулианом в такие мгновения, мне казалось, что я перепросматриваю совершенно иного человека – человека более спокойного, отрешенного и собранного.

Мелкие тираны — Карлос Кастанеда, дон Хуан

Мелкий тиранЭто глава из седьмой книги Кастанеды «Огонь изнутри» в которой описывает стратегия избавления от чувства собственной важности. 

Прошло несколько месяцев. За все это время дон Хуан ни разу не вернулся к теме овладения искусством осознания.

В тот день мы находились в доме, где жила команда нагваля.

– Пойдем-ка прогуляемся, – сказал дон Хуан, положив руку мне на плечо. – Или нет, лучше идем на площадь – там как раз полно народу, – сядем на скамейку и потолкуем.

Я был несколько удивлен, так как находился в доме уже пару дней, но он со мной практически не общался, разве что поздоровается, и все.

Когда мы выходили из дома, путь нам преградила Ла Горда. Она потребовала, чтобы мы взяли ее с собой. Было похоже, что на этот раз она не собирается мириться с отказом. Но дон Хуан очень жестко сказал ей, что у него со мной предполагается сугубо личный разговор.

– Ага, вы собрались говорить обо мне, – произнесла Ла Горда с выражением подозрительности и крайнего раздражения в голосе и жестах.

– Точно. Именно о тебе, – сухо подтвердил дон Хуан. И он прошел мимо Ла Горды, даже не взглянув в ее сторону.

Я последовал за ним, и в молчании мы дошли до городской площади. Когда мы сели на скамейку я спросил, почему мы будем вдруг говорить о Ла Горде.

Перед моими глазами все еще стояло ее лицо с выражением немой угрозы, когда мы покидали дом.

– Мы не собираемся обсуждать ее или кого бы то ни было другого, – ответил дон Хуан. – Просто ее чувство собственной важности практически безгранично, а мои слова были провокацией. И она сработала. Сейчас Ла Горда в бешенстве. Насколько я ее знаю, к этому моменту она уже достаточно себя накрутила и испытывает праведный гнев по поводу того, что ее так беспардонно отшили и выставили дурой. Я не удивлюсь, если она вскоре явится и набросится на нас прямо здесь, на этой скамейке.

– Ну хорошо, если мы не собираемся беседовать о Ла Горде, то чем тогда мы займемся? – спросил я.

– А мы продолжим разговор, начатый некогда в Оахаке, – ответил дон Хуан. – От тебя потребуется полное напряжение всех твоих сил и огромная устремленность в осуществлении сдвигов в одну и в другую сторону между уровнями осознания. Иначе объяснения осознания тебе не понять. Поэтому на время нашей беседы я требую от тебя полнейшей концентрации и настойчивости.

Почти жалобно я сообщил ему, что, отказываясь говорить со мной на протяжении последних двух дней, он ставил меня в неловкое положение, заставляя ощущать изрядное неудобство. Дон Хуан взглянул на меня, вскинув брови. По губам его пробежала усмешка, которая тут же исчезла. Я понял – он дает мне понять, что я ничем не лучше Ла Горды.

– Я провоцировал твое чувство собственной важности, – подмигнув, сообщил он. – Чувство собственной важности – главнейший и самый могущественный из наших врагов. Подумай вот о чем: нас уязвляют и обижают действия либо посягательства со стороны наших ближних, и это нас ослабляет. Наше чувство собственной важности заставляет нас почти все время чувствовать себя оскорбленными кем-то или на кого-то обиженными.

Новые видящие рекомендуют направить все возможные усилия на исключение чувства собственной важности из жизни воина. Я все время следовал и следую этим рекомендациям. И значительная часть моих действий в отношении тебя направлена на то, чтобы ты увидел – лишившись чувства собственной важности, мы становимся неуязвимыми.

Я внимательно слушал. Вдруг глаза дона Хуана заискрились, и я подумал, что он, похоже, вот-вот рассмеется. Явной причины на то вроде бы не было, но не успел я сообразить, в чем же дело, как внезапно был огорошен резкой, звонкой и весьма болезненной затрещиной слева.

Я вскочил со скамейки. Сзади стояла Ла Горда со все еще поднятой рукой. Лицо ее гневно пылало.

– А теперь – теперь можете говорить обо мне все, что хотите! По крайней мере, сейчас у вас есть повод! – заорала она. – Однако если вам есть, что сказать, – скажите мне это прямо в лицо!

Этот взрыв словно исчерпал все ее силы, потому что она опустилась на асфальт и заплакала. Дон Хуан застыл на месте с выражением невыразимого ликования на лице. Меня же сковала бешеная ярость. Бросив на меня свирепый взгляд, Ла Горда повернулась к дону Хуану и смиренно промямлила, что мы не вправе ее критиковать.

Дон Хуан хохотал. Он сложился пополам. Он почти рухнул на землю. Два-три раза он пытался что-то сказать мне, но в конце концов просто повернулся и двинулся прочь, то и дело сотрясаясь всем телом в приступах гомерического смеха.

Я ринулся было за ним, все еще охваченный негодованием по адресу Ла Горды – в тот момент я презирал ее, – как вдруг со мной произошло нечто необычайное. Я понял, что именно так забавляло дона Хуана. Мы с Ла Гордой были похожи до ужаса! Мы оба обладали совершенно монументальным чувством собственной важности. И мое удивление, и моя ярость по поводу пощечины в точности соответствовали гневу и подозрительности Ла Горды. Дон Хуан был абсолютно прав. Бремя чувства собственной важности в самом деле является жуткой обузой.

И я побежал вслед за доном Хуаном со слезами радости, которые текли по моим щекам. Я догнал его и рассказал о том, что осознал за миг до этого. Глаза его светились озорным блеском удовлетворения.

– Но что мне делать с Ла Гордой? – спросил я.

– Ничего, – ответил он. – Осознание – дело сугубо личное.

Он сменил тему, сообщив мне, что знаки говорят о том, что продолжить беседу мы должны у него дома – либо в большой комнате с удобными креслами, либо на заднем дворике, окруженном крытой галереей. Дон Хуан объяснил, что когда он кому-нибудь что-либо объясняет в одном из этих двух мест, никто другой туда не входит.

Мы вернулись в дом. Там дон Хуан рассказал всем о поступке Ла Горды. Все видящиепринялись подтрунивать над Ла Гордой, делая это с явным удовлетворением, что поставило Ла Горду в крайне незавидное положение.

– Щепетильность и тактичность – не помощники в борьбе с чувством собственной важности, – пояснил дон Хуан в ответ на мое выражение озабоченности по поводу положения Ла Горды.

Потом он попросил всех покинуть комнату. Мы сели, и дон Хуан начал объяснять.

Он сказал, что видящих, как древних, так и новых, можно разделить на две категории. К первой относятся те, кто стремится практиковать самообуздание и способен направить свою деятельность в русло достижения прагматических целей, несущих благо другим видящим и человеку вообще. Другая категория – это те, кому нет дела до самообуздания и достижения прагматических целей. Среди видящих принято считать, что тем, кто составляет вторую категорию, не удалось справиться с проблемой чувства собственной важности.

– Чувство собственной важности, – пояснил дон Хуан, – не является чем-то простеньким и незамысловатым. С одной стороны, это сердцевина всего наилучшего, что в нас имеется. А с другой – сердцевина всей нашей внутренней гнили. И потому методика избавления от этого гнилостного аспекта чувства собственной значительности в каждом случае являет собою поистине стратегический шедевр. И во все века видящие с глубочайшим восхищением относились к тем, кому удалось это совершить.

Я пожаловался на то, что идея избавления от чувства собственной значительности, временами для меня довольно привлекательная, кажется мне все же чем-то непостижимым. Я сказал, что нахожу его указания относительно избавления от чувства собственной важности весьма туманными и потому не могу им следовать.

На это дон Хуан ответил:

– Я говорил тебе не один раз: вставший на путь знания должен обладать огромным воображением. На этом пути, видишь ли, ничто не бывает таким ясным, как нам бы того хотелось.

Я ощущал некоторое неудобство, и это заставило меня вступить в спор. Я заявил, что его указания напоминают мне постулаты католической веры, и что после того, как мне всю жизнь долбили о греховности и грехе, я сделался невосприимчивым к подобного рода вещам.

– Для воина борьба с чувством собственной важности – не принцип, а чисто стратегический вопрос, – ответил дон Хуан. – Твоя ошибка заключается вот в чем: то, что я говорю, ты рассматриваешь с точки зрения нравственности.

– И я действительно считаю тебя человеком высоконравственным, дон Хуан.

– Ты просто заметил мою безупречность. И это все, – произнес он.

– Безупречность, равно как избавление от чувства собственной важности, – понятия слишком неопределенные, чтобы представлять для меня какую-то практическую ценность, – заметил я.

Дон Хуан чуть не задохнулся от смеха, и я в вызывающем тоне потребовал от него объяснения безупречности.

– Безупречность есть не более чем адекватное использование энергии, – сказал он. – И все, что я говорю, к вопросам морали и нравственности не имеет ни малейшего отношения. Я обладаю энергией, и это делает меня неуязвимым. Чтобы понять, тебе необходимо самому накопить достаточное количество энергии.

Довольно долго мы молчали. Мне хотелось обдумать сказанное доном Хуаном. Неожиданно он снова заговорил:

– Воин проводит стратегическую инвентаризацию. Он составляет список всего, что делает. А затем решает, какие пункты этого перечня можно изменить, чтобы дать себе передышку в расходовании энергии.

Я возразил, что в такой перечень должно входить все, что только есть под солнцем. Дон Хуан терпеливо пояснил, что стратегической инвентаризации, о которой идет речь, подвергаются только те поведенческие структуры, которые не являются существенными с точки зрения выживания и благополучия.

Тут я буквально подскочил. Какая возможность! И я принялся говорить о том, что выживание и благополучие – категории, допускающие бесконечное количество толкований, и потому прийти к сколь-нибудь определенному соглашению относительно того, что считать существенным, а что – несущественным с точки зрения выживания и благополучия, попросту невозможно!

По мере того, как я говорил, я начал терять исходный импульс. В конце концов я умолк, так как осознал всю несерьезность своей аргументации.

Дон Хуан ответил, что в стратегическом инвентарном списке воина чувство собственной важности фигурирует в качестве самого энергоемкого фактора. Отсюда и усилия, которые воин прилагает для его искоренения.

– Одна из первейших забот воина – высвободить эту энергию для того, чтобы использовать ее при встрече с неизвестным, – продолжал дон Хуан. – Безупречность как раз и является тем, посредством чего осуществляется такое перераспределение энергии.

Наиболее эффективную стратегию, по словам дона Хуана, выработали видящие времен Конкисты – великие мастера искусства сталкинга. Эту стратегию составляют шесть взаимодействующих между собой элементов. Пять из них называются атрибутами образа жизни воина: контроль, дисциплина, выдержка, чувство времени и воля. Все они относятся к миру воина, ведущего битву с чувством собственной важности. Шестой же элемент – наиболее, пожалуй, важный из всех – относится к внешнему миру и называется мелким тираном.

Дон Хуан замолчал и взглянул на меня, как бы спрашивая, все ли я понял.

– Я, знаешь ли, весьма озадачен, – произнес я. – Ты вот все говоришь, что Ла Горда – мелкий тиран моей жизни. Но что же все-таки такое этот мелкий тиран?

– Мучитель. Мелкий тиран – это мучитель, – объяснил дон Хуан. – Некто либо обладающий властью над жизнью и смертью воина, либо просто раздражающий его до безумия.

Дон Хуан говорил это с лучезарной улыбкой. Он сообщил мне, что новые видящиеразработали собственную классификацию мелких тиранов, и, несмотря на то, что речь идет едва ли не о самых важных и серьезных вещах, классификация эта не лишена юмора. Дон Хуан заверил меня, что какую бы из классификаций, разработанных новыми видящими, мы не взяли, в ней всегда будет присутствовать оттенок ехидства, потому что смех – единственный способ противостоять пристрастию человеческого сознания к инвентарным спискам и громоздким классификационным перечням.

Сообразно своей практике новые видящие поставили во главу классификационного перечня тиранов то, что является истоком всего, – первичный источник энергии. Поскольку он является единственным и полноправным правителем всей вселенной, они назвали его просто тираном. Естественно, любые другие деспоты и диктаторы стоят неизмеримо ниже категории тирана. По сравнению с источником всего сущего самые могущественные и беспощадные тираны рода человеческого являются жалкими шутами и потому относятся к категории мелких тиранов – «пинчес тиранос».

Кроме того, существует два подкласса малых мелких тиранов. Первый подкласс составляют мелкие тираны, во власти которых всячески преследовать человека и даже довести его до нищеты, но которые не могут непосредственно лишить его жизни. Их называют мелкие тиранчики – «пинчес тиранитос». Второй подкласс состоит из мелких тиранов, которые просто бесконечно раздражают и надоедают. Их название – мелюзговые тиранчики – «репинчес тиранитос», или крошечные тиранишки – «пинчес тиранитос чикититос».

Мне эта его классификация показалась нелепой. Я был уверен, что испанская терминология – плод его импровизации. Я спросил его, так ли это.

– А вот и нет! – словно забавляясь, ответил дон Хуан. – Новые видящие – большие мастера по части составления классификаций. И Хенаро, вне всякого сомнения, – один из величайших. Так что если ты внимательно за ним понаблюдаешь, ты в точности поймешь, как новые видящие относятся к своим классификациям.

Когда я спросил, не водит ли он попросту меня за нос, дон Хуан раскатисто захохотал.

– У меня и в мыслях этого не было! – наконец с улыбкой сказал он. – Хенаро – тот на такое способен, но я – нет, тем более, что мне известно твое отношение к классификациям. Просто новые видящие ужасно непочтительны.

Потом он добавил, что в подкласс мелких тиранчиков входят четыре их категории. Первая – те, что мучают посредством жестокости и насилия. Вторая – те, кто своей хитростью и нечестностью создают невыносимую обстановку неуверенности и постоянных опасений. Третья категория мелких тиранчиков нажимает на жалость – эти терроризируют посредством своего собственного страдания. Ну и последняя категория – те, которые просто приводят воина в бешенство.

– Ла Горда – это отдельный класс, – продолжал дон Хуан. – Активный мелюзговый тиранчик. Она смертельно тебя раздражает и к тому же приводит в бешенство. И даже дает затрещины! Всем этим она учит тебя отрешенности.

– Но это – ерунда! – воскликнул я.

– Ты пока что не свел воедино все составляющие стратегии новых видящих, – возразил он. – А когда ты это сделаешь, ты поймешь, насколько эффективным и толковым приемом является использование мелкого тирана. Более того, я бы даже сказал так: такая стратегия не только позволяет избавиться от чувства собственной важности, но также готовит воина к окончательному осознанию того факта, что на пути знания в зачет идет только безупречность.

Разрабатывая свою стратегию, новые видящие имели в виду смертельный номер, в котором мелкий тиран подобен горному пику, атрибуты же образа жизни воина – альпинистам, которые должны встретиться на его вершине.

– Обычно в игре участвуют только четыре атрибута, – продолжал дон Хуан. – Пятый – воля – всегда находится в запасе на случай, так сказать, рукопашной схватки.

– А почему так?

– Потому что воля принадлежит к иной сфере бытия. Она относится к неизвестному. Остальные четыре относятся к сфере известного. И там же обитают мелкие тираны. По сути, в мелкого тирана человек превращается вследствие своего маниакального пристрастия к власти, к возможности быть правителем в сфере известного. Причем власть имеется в виду в самом широком смысле.

Далее дон Хуан объяснил мне, что заставить вступить во взаимодействие все пять составляющих способен только видящий, который, кроме того, является также истинным воином и мастерски владеет волей. Организация такого взаимодействия – сложнейший прием, абсолютно недоступный для обычного человека в его нормальном состоянии.

– Вообще-то, чтобы справиться с самым худшим из мелких тиранов, достаточно четырех составляющих, – продолжал дон Хуан. – Ну разумеется, если мелкого тирана удалось отыскать. Я уже говорил – мелкий тиран является внешним элементом и относится к тому, чем мы не можем управлять непосредственно. И в то же время этот элемент – самый важный. Мой бенефактор часто говорил, что воин, которому удалось случайно наткнуться на мелкого тирана, – просто счастливчик. Он имел в виду, что если мелкий тиран сам возник на твоем пути, тебе крупно повезло. Потому что в противном случае тебе придется покинуть насиженное место и отправиться на поиски своего мелкого тирана.

Затем дон Хуан рассказал мне, что одним из величайших достижений видящих времен Конкисты было открытие конструкции, которую он назвал «трехфазной прогрессией». Постигнув человеческую природу, видящие того времени смогли прийти к неоспоримому заключению: если видящий способен добиться своего, имея дело с мелким тираном, то он определенно сможет без вреда для себя встретиться с неизвестным и даже выстоять в столкновении с непознаваемым.

– Обычный человек, – продолжал дон Хуан, – расположил бы эти три утверждения в обратном порядке. Тогда получится, что видящий, способный остаться самим собой в столкновении с неизвестным, гарантированно может справляться с мелкими тиранами. Но в действительности это не так. Именно из-за такой ошибки погибли многие великолепные видящие древности. Однако теперь мы в этом разобрались получше. И знаем – ничто так не закаляет дух воина, как необходимость иметь дело с невыносимыми типами, обладающими реальной властью и силой. Это – совершенный вызов, и только в таких условиях воин обретает уравновешенность и ясность, без которых невозможно выдержать натиск непознаваемого.

Я принялся бурно выражать свое несогласие. Я сказал дону Хуану, что, по моему мнению, тиран может только сделать свою жертву либо абсолютно беспомощной и жалкой, либо такой же злобной и жестокой, как он сам. Я сослался на множество работ по изучению воздействия физических и психологических пыток на психологию жертвы.

– Да, но ты сам только что сформулировал то, чем обусловлено принципиальное различие, – парировал дон Хуан. – Ты говоришь о жертве, а не о воине. Когда-то в отношении этого вопроса я испытывал такие же чувства, какие ты испытываешь сейчас. Потом я расскажу тебе, что заставило меня измениться, но сперва давай вернемся к временам Конкисты. Видящие тех времен даже мечтать не могли о лучших условиях. Испанцы были мелкими тиранами, в столкновении с которыми видящие испытывали свое мастерство в самом полном объеме, до предела. Натренировавшись же на завоевателях, они могли иметь дело с чем угодно. Видящим тех времен крупно повезло. Мелких тиранов тогда было полным-полно, и встречались они повсеместно.

Да, но те замечательные времена изобилия давно прошли, и теперь дело обстоит несколько иначе. Никогда после здесь не было мелких тиранов такого масштаба, поскольку неограниченной власть их была лишь тогда. А ведь мелкий тиран, обладающий неограниченными правами и возможностями, – это идеальный компонент для получения выдающегося видящего.

Так что в наше время видящим приходится идти на крайние меры, чтобы отыскать нечто достойное внимания. И тем не менее в большинстве случаев им приходится удовлетворяться очень-очень крохотными тиранчиками.

– А ты? Тебе-то удалось найти мелкого тирана, дон Хуан?

– Мне повезло. Он сам нашел меня – великолепный мелкий тиран, прямо-таки королевский экземпляр. Правда, отношение мое ко всему этому было тогда похоже на твое нынешнее. Так что счастливчиком я себя отнюдь не ощущал.

И дон Хуан рассказал, как началось его испытание – за несколько недель до того, как он встретил своего бенефактора. В то время дону Хуану едва исполнилось двадцать. Он устроился чернорабочим на сахарную фабрику. Получение работы, на которой требовались сильные мускулы, не было для него проблемой, поскольку он всегда отличался завидной физической силой. Однажды, когда он был занят перетаскиванием тяжеленных мешков с сахаром, он заметил очень хорошо одетую женщину. На вид ей было лет за сорок. Дону Хуану она показалась очень властной. Проходя мимо, она взглянула на дона Хуана, потом что-то сказала управляющему и ушла. После этого тот подошел к дону Хуану и сказал, что за плату может помочь ему получить работу в доме владельца фабрики. Дон Хуан ответил, что у него нет денег. Управляющий с улыбкой сказал ему, что насчет этого беспокоиться не следует: скоро день зарплаты, и тогда у дона Хуана будет достаточная сумма, чтобы расплатиться. Потом управляющий похлопал его по спине, сказав, что получить работу в доме хозяина – большая честь.

В то время дон Хуан был обычным невежественным индейским парнем. Кроме заработка, достаточного для того, чтобы прокормиться, его, в общем-то, ничто не интересовало. Поэтому он не только поверил каждому слову, но и решил, что фортуна наконец-то повернулась к нему лицом. Он пообещал управляющему, что заплатит столько, сколько тот пожелает. Управляющий назвал сумму – очень большую – и сказал, что дон Хуан может выплачивать ее по частям.

Как только договоренность была достигнута, управляющий сразу же сам отвел дона Хуана в дом, находившийся на изрядном удалении от города. Там управляющий передал его другому управляющему – огромному, мрачному типу отвратительной наружности. Тот принялся задавать множество вопросов. Особенно его интересовало, есть ли у дона Хуана семья. Когда же дон Хуан ответил, что у него нет никого, управляющий от удовлетворения даже расплылся в улыбке, обнажив гнилые зубы.

Он заверил дона Хуана, что зарплата будет высокой, и тот даже сможет накопить немного денег, поскольку тратить их будет некуда – ведь и жить, и питаться предстоит прямо в доме.

Смех, который за этим последовал, поверг дона Хуана в ужас. Он понял, что нужно немедленно бежать. Он рванулся было к воротам, но его новый управляющий с револьвером в руке преградил ему путь.

– Тебя взяли сюда, чтобы ты работал до изнеможения, – сказал он. – Заруби это себе на носу.

И он развернул дона Хуана на сто восемьдесят градусов, огрев его при этом дубинкой. Затем отвел к дому и велел выкорчевать два огромных пня, предварительно заметив, что работают здесь без выходных от зари и до заката, без перерывов. Еще он сказал, что пристрелит дона Хуана, если тот попытается бежать или пожалуется властям. Если же ему все-таки удастся ускользнуть и подать жалобу, то управляющий под присягой заявит, что дон Хуан пытался убить хозяина фабрики.

– Ты будешь вкалывать, пока не подохнешь, – сообщил он дону Хуану, – а после этого твое место займет другой индеец. Ведь сейчас ты здесь тоже вместо индейца, который умер.

По словам дона Хуана, дом напоминал крепость. Повсюду были вооруженные мужчины с мачетэ. Поэтому дон Хуан принялся за работу, стараясь не думать о том, что его ожидает. Вечером вернулся управляющий и пинками погнал дона Хуана на кухню: ему не понравился вызов в глазах дона Хуана. Он пригрозил перерезать ему жилы на руках в случае неповиновения.

На кухне какая-то старуха принесла еду. Но дон Хуан был так расстроен и напуган, что не мог есть. Старуха посоветовала ему есть как можно больше. Она сказала, что нужно быть сильным, так как работе не будет конца. И еще она сообщила дону Хуану, что человек, место которого он занял, умер всего за день до этого. Он слишком ослаб, чтобы работать, и упал со второго этажа.

Потом дон Хуан рассказал мне, что в хозяйском доме он проработал три недели. Тот тип изо дня в день постоянно бил его, заставлял выполнять самую опасную и тяжелую работу, которую только можно представить. И все время угрожал ножом, револьвером и дубинкой. Ежедневно он заставлял дона Хуана чистить стойла в конюшне, когда в них стояли нервные жеребцы. И каждый день на рассвете дон Хуан думал, что настал последний день его жизни на земле. И то, что ему удавалось выжить, означало лишь новый круг ада на следующий день.

Развязка наступила неожиданно, когда дон Хуан попросил ненадолго его отпустить. Он сказал, что ему нужно сходить в город, чтобы отдать долг управляющему с сахарной фабрики. Однако местный управляющий заявил, что ничего не получится, ведь дон Хуан не может оторваться от работы ни на минуту, поскольку он в долгах по самые уши за возможность работать в доме.

И тут дон Хуан понял, что пропал. До него дошло, в чем тут дело. Оба управляющих были в сговоре. Они брали простых индейцев с фабрики, заставляли их работать до смерти, а зарплату их делили между собой. Догадка эта настолько разозлила дона Хуана, что он с воплем ринулся в кухню и через нее выбежал из комнаты. Для управляющего и остальных работников это было полнейшей неожиданностью. Выбежав через парадную дверь, дон Хуан совсем было поверил, что ему удастся убежать, однако управляющий догнал его и выстрелил ему в грудь. Решив, что дон Хуан убит, он ушел.

Однако дону Хуану не суждено было умереть в тот день. Его бенефактор подобрал его и выходил.

– Когда я рассказал бенефактору всю эту историю, – продолжал дон Хуан, – тот не мог скрыть своего возбуждения. Он сказал: «Да ведь этот управляющий – настоящий подарок. Он слишком хорош, его нельзя упускать. Однажды тебе предстоит вернуться в тот дом».

– Он что-то нес о том, насколько мне повезло, – говорил дон Хуан, – ведь это уникальный шанс – один из миллиона – мелкий тиран, обладающий неограниченной властью. Я же думал, что старик спятил. Прошли годы, прежде чем я смог наконец в полной мере понять, о чем он тогда говорил.

– Это одна из самых жутких историй из всего, что мне доводилось слышать, – прокомментировал я его рассказ. – И что, ты действительно вернулся в тот дом?

– Ну конечно же! Через три года. Бенефактор был прав. Подобный мелкий тиран действительно может попасться в одном случае из миллиона. И его нельзя было упускать.

– Но как тебе удалось туда возвратиться?

– Мой бенефактор разработал стратегический план, в основу которого легли четыре атрибута образа жизни воина: контроль, дисциплина, выдержка и чувство времени.

И дон Хуан продолжил свой рассказ. Бенефактор объяснил ему, каким образом следует действовать, чтобы извлечь пользу из общения с людоедом типа того управляющего. Видящие считают, что на пути знания имеются четыре основных шага. Первый – решение начать учиться. Второй шаг ученик делает тогда, когда ему удалось изменить свое отношение к себе самому и к миру. Ученик становится воином – это и есть второй шаг. Воин уже обладает железной дисциплиной и способностью к полнейшему самоконтролю. Третий шаг может быть сделан только после обретения выдержки и чувства времени. Заключается же этот третий шаг в том, что воин становится человеком знания. И когда человек знания обучается видению, он становится видящим, сделав тем самым четвертый шаг.

Бенефактор сказал, что к тому моменту дон Хуан находился на пути знания уже достаточно долго, чтобы обрести первые два атрибута – контроль и дисциплину – в минимально необходимом объеме. Для меня дон Хуан подчеркнул, что и тот, и другой из этих двух атрибутов относятся к внутреннему состоянию. Воин ориентирован на себя, однако не эгоистически, а в смысле непрекращающегося и возможно более глубокого изучения своей сущности.

– Но я в то время совсем не владел двумя другими атрибутами, – продолжал дон Хуан. – Выдержка и чувство времени имеют отношение не только к внутреннему состоянию. Они относятся к сфере человека знания. И своей стратегией бенефактор раскрыл их передо мной.

– Означает ли это, что самостоятельно ты не смог бы справиться с мелким тираном? – спросил я.

– Я уверен, что смог бы сделать это и сам, но до сих пор сомневаюсь в том, что мне удалось бы решить задачу с такой точностью и получить при этом столько удовольствия. Мой же бенефактор, направляя поединок, попросту им наслаждался. Идея использования мелкого тирана состоит не только в том, что это необходимо для закалки духа воина, но также и в том, чтобы извлечь из этого максимум радости и удовольствия.

– Но как же можно наслаждаться монстром, подобным тому типу, которого ты описал?

– Во времена Конкисты видящим доводилось иметь дело с настоящими чудовищами. Этот им и в подметки не годился. И, судя по всему, видящие тех времен были вне себя от восторга. Они доказали: можно наслаждаться столкновением даже с наигнуснейшим и жесточайшим из тиранов. При условии, разумеется, что сам ты – воин.

И дон Хуан объяснил, в чем заключается основная ошибка обычного человека. Сталкиваясь с мелким тираном, обычный человек не имеет стратегии, на которую мог бы опереться. И самое слабое место обычного человека – слишком серьезное отношение к самому себе. Все свои действия и чувства, равно как действия и чувства мелкого тирана, обычный человек рассматривает как нечто предельно важное, нечто, имеющее решающее значение. Воин же не только обладает хорошо продуманной стратегией, но и свободен от чувства собственной важности. Его чувство собственной важности обуздано пониманием того факта, что реальность – всего лишь наша интерпретация мира. Знание это стало решающим преимуществом, которым обладали новые видящие по отношению к простым и грубоватым испанцам. Дон Хуан сказал, что был убежден – ему удастся справиться с управляющим уже хотя бы благодаря осознанию того факта, что мелкие тираны относятся к самим себе со смертельной серьезностью, воины же – нет. Сообразно стратегическому плану бенефактора, дон Хуан снова устроился на ту же самую сахарную фабрику. Никто не помнил о том, что он там уже когда-то работал: рабочие-пеоны приходили на фабрику и уходили с нее, не оставив следа.

Стратегия бенефактора предусматривала, что дон Хуан должен сделать все возможное, чтобы его заметили, когда придут за очередной жертвой. Получилось так, что пришла та же самая женщина и точно так же выбрала его, как и три года назад. На этот раз физически он был даже сильнее, чем прежде.

Все повторилось, однако теперь, в соответствии со стратегическим планом, дон Хуан должен был с самого начала отказаться платить управляющему. Тот никогда раньше отказа не встречал и потому был ошарашен. Он пригрозил, что уволит дона Хуана. Дон Хуан пригрозил в ответ, что немедленно отправится в дом и все расскажет той женщине. Дон Хуан знал, что женщина была женой хозяина фабрики и не знала о темных делах своих двух управляющих. Он сказал управляющему, что знает, где она живет, потому что работал в близлежащих полях на рубке сахарного тростника. Управляющий принялся торговаться, и дон Хуан потребовал, чтобы тот заплатил ему за согласие идти работать в дом. Управляющий сдался и дал ему несколько банкнот. Дон Хуан вполне отдавал себе отчет в том, что уступчивость управляющего – всего лишь уловка, цель которой – заманить его в дом.

– И опять он самолично отвел меня в дом, – рассказывал далее дон Хуан. – Это была старая гасиенда, принадлежавшая владельцам сахарной фабрики, людям богатым, которые то ли знали о том, что творится в доме, но не придавали этому значения, то ли им было настолько все равно, что они даже ничего не замечали.

Едва мы пришли, я тотчас же побежал в дом, отыскал хозяйку и, бухнувшись перед нею на колени, принялся целовать ей руки и рассыпаться в благодарностях. Оба управляющих были вне себя от злости.

Управляющий в доме действовал по той же схеме, что и прежде. Но я на этот раз был во всеоружии: я владел контролем, дисциплиной, выдержкой и чувством времени. Поэтому все получалось так, как планировал мой бенефактор. Благодаря контролю я мог выполнять самые идиотские требования этого типа. Ведь обычно в подобной ситуации мы тратим львиную долю своей энергии на переживания, обусловленные нашим чувством собственной важности. Любой человек, у которого есть хоть на йоту гордости, лопнуть готов, когда его заставляют чувствовать себя полнейшим ничтожеством.

Я с радостью выполнял все, что он требовал. Я был весел и силен. И мне было наплевать на гордость и страх. Я вел себя там как безупречный воин. Умение закалять свой дух в то время как тебя попирают и топчут – вот что называется контролем.

Затем дон Хуан объяснил, что, согласно стратегическому плану бенефактора, он не стал испытывать чувство жалости к себе, как делал раньше. Вместо этого он немедленно приступил к работе по выяснению сильных и слабых черт управляющего, а также особенностей его поведения.

Он обнаружил, что самыми сильными сторонами этого человека были его склонность к насилию и дерзость. Он выстрелил в дона Хуана среди бела дня на глазах у множества свидетелей. Огромной же слабостью управляющего было то, что ему нравилась его работа, и он ни в коем случае не пошел бы ни на что, грозившее ему увольнением. Поэтому ни при каких обстоятельствах он не стал бы убивать дона Хуана в пределах усадьбы днем. Еще одной слабостью этого человека была семья. У него были жена и дети. Они жили в лачуге недалеко от усадьбы.

– Способность собирать подобного рода информацию в то время как тебя постоянно колотят – вот что такое дисциплина, – объяснил дон Хуан. – Этот человек был законченным негодяем, без малейшего намека на милосердие. Новые видящие считают, что совершенный мелкий тиран не должен иметь ни одной черты характера, которая смягчала бы его тиранические свойства.

Потом дон Хуан рассказал мне, что два оставшихся атрибута образа жизни воина – выдержка и чувство времени (ими он тогда еще не обладал) – были задействованы бенефактором автоматически благодаря избранной им стратегической линии. Выдержка – это умение терпеливо ждать. Без порывов, без нетерпения – просто спокойно и радостно ждать того, что должно произойти.

– Ежедневно я унижался, – рассказывал дон Хуан, – временами мне приходилось даже плакать под кнутом управляющего. Но все же я был счастлив. Стратегия моего бенефактора была той силой, которая позволяла мне проживать день за днем не впадая в ненависть к этому типу. Я был воином. Я знал, что жду, и знал, чего я жду. В этом – великое наслаждение воина.

Дон Хуан добавил, что, в соответствии со стратегическим планом бенефактора, он должен был систематически изводить управляющего, пользуясь как прикрытием кем-либо более могущественным, чем тот. Так видящие времен Конкисты использовали в качестве прикрытия католическую церковь. Обычный священник в те времена иногда оказывался могущественнее дворянина.

Дону Хуану прикрытием служила дама, взявшая его на работу. Каждый раз, когда он ее видел, он падал перед нею на колени и начинал твердить, что она – святая. Он попросил у нее ладанку с изображением ее святого покровителя, чтобы молить небо о ее здоровье и благополучии.

– И она дала ее мне, – продолжал дон Хуан, – что окончательно выбило управляющего из состояния равновесия. А когда по вечерам я убедил слуг молиться со мною, его едва не хватил удар. Я думаю, именно в тот момент он принял решение прикончить меня. Позволить мне продолжать в том же духе он не мог.

В качестве контрмеры я организовал всех слуг в доме на поочередное всенощное бдение. Хозяйка решила, что во мне есть задатки исключительно набожного человека.

Сам же я с этого дня перестал спать крепко и больше не ложился в свою кровать. Каждую ночь я забирался на крышу. Оттуда мне было видно, как дважды управляющий повсюду искал меня среди ночи. И глаза его при этом были глазами убийцы.

Каждый день он заставлял меня чистить стойла жеребцов в надежде, что в конце концов один из них зашибет меня насмерть. Но я соорудил щит из толстых досок, за которым прятался во время работы, отгораживая один из углов стойла. Тот тип об этом не знал, потому что не выносил лошадей, что было, кстати, еще одной его слабостью. Как оказалось впоследствии, именно это слабое место стало для него смертельным.

Дон Хуан объяснил, что чувство времени – это способность точно вычислить момент, в который все, что до этого сдерживалось, должно быть отпущено. Контроль, дисциплина и выдержка подобны плотине, за которой все накапливается. Чувство времени – шлюз в этой плотине.

Управляющий знал лишь насилие, посредством которого он и терроризировал всех. Когда же он не мог его применить, он становился почти беспомощным. Дон Хуан знал, что управляющий не отважится убить его прямо перед домом, поэтому однажды он публично оскорбил управляющего в присутствии множества людей и на глазах у хозяйки. Дон Хуан назвал его трусом, который до смерти боится жены хозяина.

Это было частью стратегического плана, разработанного бенефактором: выждать и, воспользовавшись подходящим моментом, поменяться с мелким тираном ролями. Неожиданное всегда происходит именно так. Нижайший и покорнейший из рабов внезапно поднимает тирана на смех, издевается над ним, выставляет его идиотом в глазах тех, чье мнение для тирана имеет решающее значение. И затем ускользает, не давая тирану возможности отомстить.

– В следующее мгновение этот тип буквально сошел с ума от бешенства, – продолжал дон Хуан, – однако я уже покорно ползал на коленях перед хозяйкой.

Далее дон Хуан рассказал, что, когда хозяйка ушла в дом, управляющий с приятелями позвали его на задний двор, якобы для того, чтобы дать какую-то работу. Управляющий был очень бледен, он буквально побелел от злости. По его тону дон Хуан сразу же догадался, что тот собирается делать на самом деле. Дон Хуан сделал вид, что идет, но вместо того, чтобы отправиться на задний двор, неожиданно побежал к конюшне. Дон Хуан рассчитывал, что лошади поднимут неимоверный шум, и хозяева выйдут из дома посмотреть в чем дело. Он знал также, что управляющий не дерзнет его застрелить. Это произвело бы слишком много шума, а страх управляющего потерять работу был сильнее всех прочих побуждений. И еще дон Хуан был уверен – этот тип не войдет к лошадям, по крайней мере, пока окончательно не потеряет голову от ярости.

– Я заскочил в стойло к самому дикому из жеребцов, – продолжал свой рассказ дон Хуан, – а мелкий тиран, совершенно ослепленный бешенством, выхватил нож и прыгнул вслед за мной. Я мгновенно спрятался за своими досками. Жеребцу достаточно было лишь раз его лягнуть, чтобы навсегда положить конец этой истории.

– Шесть месяцев я провел в том доме, и в течение всего этого времени я непрерывно отрабатывал четыре атрибута образа жизни воина. И благодаря им добился успеха. Я ни разу не пожалел себя и ни разу не раскис от бессилия. Я был радостен и спокоен. Мои контроль и дисциплина были совершенны как никогда прежде, и я на непосредственном опыте постиг, что безупречный воин может извлечь из выдержки и чувства времени. И я ни разу не пожелал смерти этого человека.

– Бенефактор объяснил мне кое-что весьма интересное. Выдержка означает сдерживание с помощью духа того, в неизбежном приходе чего воин полностью отдает себе отчет. Но это не значит, что воин ходит вокруг да около, строя козни с целью кому-то навредить или свести с кем-нибудь счеты. Выдержка есть нечто независимое. В случае, когда воин обладает в полной мере контролем, дисциплиной и чувством времени, выдержка гарантирует – то, что грядет, неизбежно найдет того, кто этого заслуживает.

– А случается ли так, что в схватке побеждает мелкий тиран? – спросил я.

– Разумеется. Было время – в начале испанского завоевания – когда воинов выбивали как мух. Ряды их тогда сильно сократились. Ведь мелкие тираны в те времена могли убить кого угодно просто от нечего делать, по прихоти. Под действием такого прессинга видящиедостигали грандиозных состояний. Чтобы найти новые пути, выжившим тогда видящимприходилось в предельном напряжении то и дело превосходить самих себя.

– Новые видящие использовали мелких тиранов, – продолжал дон Хуан, пристально глядя на меня, – не только для того, чтобы избавиться от чувства собственной важности, но также и для того, чтобы осуществить сложнейший маневр по устранению себя из этого мира. В чем он заключается, ты постепенно поймешь по мере того, как мы будем изучать искусство осознания.

Я объяснил дону Хуану, что меня интересовало, может ли в наше время мелкий тиран из разряда тех, кого он назвал «крошечными тиранишками», одержать победу над воином.

– Сколько угодно, – ответил он. – Последствия, конечно, сегодня не столь серьезны, как в те далекие времена. Очевидно, что в наше время у воина всегда имеется шанс восстановить силы и начать сначала. Но есть и другая сторона этой проблемы. Поражение, нанесенное крошечным тиранишкой, не смертельно, но опустошительно. И в переносном смысле уровень смертности воинов почти такой же, как и прежде. Я хочу сказать вот что: воинов, поддавшихся мелочным тиранчикам, уничтожает чувство поражения и ощущение их собственной никчемности. И я рассматриваю это как высокий уровень смертности.

– Но как оценить – кто потерпел поражение, а кто – нет?

– Побежден любой, кто пополняет ряды мелких тиранов. Действовать в гневе, без контроля и дисциплины, не имея выдержки – вот что значит потерпеть поражение.

– Что происходит после того, как воин потерпел поражение?

– Он либо пересматривает свои позиции и производит перегруппировку сил, либо прекращает поход за знанием и, пополнив собою ряды мелких тиранов, остается там на всю жизнь.

Дыхательная гимнастика Стрельниковой

В последнее время различные методики немедикаментозного лечения и оздоровления организма набирают все большую популярность. Вряд ли кто-то может с уверенностью сказать, что абсолютно здоров. Кому-то мешают наслаждаться жизнью серьезные диагнозы и тяжелые хронические заболевания, у кого-то часто болеют дети или периодические недомогания отвлекают от повседневных дел. Рано или поздно почти каждый человек задумывается о своем здоровье, начинает искать способы его поддержания и восстановления. Дыхательная гимнастика Александры Николаевны Стрельниковой является именно таким методом.

Особенности дыхания «по Стрельниковой»

В этой системе используется форсированный вдох – шумный и короткий, «шмыгающий». Именно при таком дыхании вовлекается в процесс диафрагма – главная мышца дыхательной системы человеческого организма. Вместе с вдохом необходимо выполнять определенные упражнения, которые вызывают сжатие грудной клетки. Выдох происходит самопроизвольно, на нем внимание заострять нельзя. То есть действовать нужно по схеме активный вдох – пассивный выдох. Основные принципы выполнения гимнастики Стрельниковой состоят в следующем: думаем, считаем, тренируем только вдох.

Благодаря гимнастике улучшается носовое дыхание, увеличивается жизненная емкость легких, организм насыщается кислородом и запускается процесс улучшения функционирования всех систем и органов.

Кому можно делать дыхательную гимнастику и есть ли противопоказания

По словам единственного преемника и ученика Стрельниковой Михаила Николаевича Щетинина существует только одно абсолютное противопоказание – внутреннее кровотечение.

Как способ оздоровления организма дыхательная гимнастика может быть рекомендована практически каждому. Дети могут делать упражнения уже с 3х-4х-летнего возраста. Школьники, регулярно занимающиеся «по Стрельниковой», болеют острыми респираторными заболеваниями в 2-4 раза реже в сравнении с теми детьми, кто не знаком с дыхательной гимнастикой.

Клинически доказана эффективность применения дыхательных упражнений при различных заболеваниях дыхательной системы. Кроме того она может широко использоваться для лечения и профилактики заболеваний сердечно – сосудистой и нервной системы, позвоночника.

Как освоить гимнастику Стрельниковой самостоятельно

Для того чтобы начать заниматься дыхательной гимнастикой, не нужно каких-то специальных условий. Ее можно выполнять стоя, сидя и даже лежа, если по состоянию здоровья трудно подниматься. Важно, чтобы при выполнении упражнений был обеспечен доступ свежего воздуха. Если нет возможности проводить занятия на улице – выйдите на балкон, откройте окно или форточку.

Для укрепления организма и профилактики различных заболеваний можно делать гимнастику Стрельниковой вместо обычной утренней зарядки или в конце дня для снятия напряжения и усталости. Заниматься можно за 20 – 30 минут до приема пищи или спустя час – полтора после.

Комплекс состоит из 11 упражнений. Для начала нужно разучить первые из них.

«Ладошки» — служит разминкой. Корпус держим прямо. Руки согнуты в локтях, при этом локти «смотрят в пол» (не нужно прижимать их к корпусу и поднимать). Ладони раскрыты, словно показываешь их стоящему напротив человеку. На вдохе губы сомкнуты без напряжения.

Во время шумного вдоха кисти рук сжимаются в кулаки, словно в попытке быстро что-либо схватить. Руки неподвижны, работают исключительно кисти. Плечи не двигаются. Выдох и разжимание ладоней пассивное, происходит самостоятельно.

4 вдоха — несколько секунд перерыв. И снова «четверка». Во время первого занятия делаем 24 подхода по «четверке».

Дыхательная гимнастика Стрельниковой - упражнение Ладошки

«Погончики» — корпус в прямом положении, сжатые в кулаки кисти рук находятся на уровне талии перед собой. Сильно носом вдыхаем с одновременным распрямлением рук: с силой толкаем кулаки вниз и разжимаем, растопыривая пальцы, словно стряхивая с них воду. На выдохе руки занимают начальную позицию. В первый раз совершаем 12 подходов по 8 вдохов с короткими паузами.

Дыхательная гимнастика Стрельниковой - упражнение Погончики

«Насос» — корпус немного наклонен, спину округлая, голова опущена, смотрим в пол. Ни в коем случае нельзя вытягивать и напрягать шею. Руки опущены. Резкий вдох сопровождается поклоном, словно пытаемся вдохнуть запах с пола. На выдохе, который происходит самопроизвольно, немного приподнимаемся, но полностью не выпрямляемся.

Дыхательная гимнастика Стрельниковой - упражнение Насос

Делаем 12 «восьмерок» вдохов — поклонов, между ними паузы в несколько секунд.

В результате первое занятие займет 10 – 20 минут и составит три «стрельниковских сотни», то есть три упражнения по 96 вдохов — движений.

На втором занятии «Ладошки» делаем «восьмерками» в 12 подходов.

В каждый следующий день нужно добавляем по одному новому упражнению. Всего их в комплексе 11.

Вместо заключения

Выполнение всего комплекса Стрельниковой не занимает много времени и не требует титанических усилий, при этом улучшает обменные процессы, нормализует поступление в организм кислорода, оказывает общеукрепляющее действие и повышает иммунитет. Главное – захотеть и начать заниматься, продлевая молодость и сохраняя здоровье.


Другие интересные материалы:

Дыхательная гимнастика Стрельниковой. Дыши правильно, укрепляй здоровье — ... О феномене так называемой парадоксальной дыхательной гимнастики А.Н.Стрельниковой известно далеко за пределами нашей страны. Ее результаты поистине уд...

10 секретов финансового успеха и финансовой независимости

В современном мире буквально каждый человек грезит о финансовом успехе, но далеко не каждый достигает подобного блага. Ведь удача сопутствует только тем, кому знакомы законы обогащения и кто способен дисциплинированно следовать им. С постоянством и настойчивостью. Это именно тот случай, когда знания ценятся дороже денег.

Но что же необычного таят в себе законы финансового обогащения? На самом деле в этом вопросе всё не так уж и сложно. Каждый читатель может взять себе на вооружение десять заповедей финансового обогащения. Рассмотрим их по порядку.

1) Чтобы добиться финансового успеха повышайте уровень своей финансовой грамотности.

Если конечной целью являются деньги, то необходимо знать о них всё! Знать всё о тех механизмах и правилах, которые определяют природу денег. Недостаточно получать большую заработную плату или высокую прибыль. Приобретённый капитал очень важно сохранить и приумножить. Превратить его в неиссякаемый источник дохода. Только лишь хорошая финансовая грамотность позволит наладить функционирование подобной системы.

2) Чтобы добиться финансового успеха общайтесь с состоятельными людьми.

Стратегия финансовой независимостиОпределяя круг своего общения, предпочтение нужно отдавать успешным и состоятельным людям. Ведь именно у них можно научиться чему-то новому. И не стоит бояться выглядеть нелепо. Наше окружение имеет огромное влияние на нас и наши привычки.

3) Желая стать финансово независимым откажитесь от воров времени.

Бесполезные, а то и вредные контакты лучше ограничить. Самым ценным, что есть в распоряжении у человека, является время. Так зачем же тратить его на пустых людей? От общения с подобными личностями добра не ждите. Пусть это и старые друзья или родственники, но всё меняется. А если окружение не меняется вместе с вами, то лучше оставить его в прошлом. Без такого решительного шага, к сожалению, не обойтись.

4) Чтобы добиться финансового успеха не давайте деньги взаймы.

Дай другу деньги взаймы, а на завтра ты потеряешь друга. Давняя мудрость актуальна как никогда. Как только дело касается денег, все принципы дружбы начинают давать сбой. Да и к чему вам лишние нервотрёпки?! Если хочешь помочь человеку, то помоги ему так, чтобы не взвалить его ношу на себя. И если проблемы друга становятся вашими проблемами, то зачем всё это затевать?! А ведь именно такая ситуация и происходит при займе денег. К тому же финансовые средства могли бы быть инвестированы, и тогда это уже потерянная выгода.

5) Если хотите быть финансово независимым — контролируйте доходы и расходы.

Контроль собственных расходов является одним из самых важных правил достижения финансовой независимости. Желательно вести письменную статистику всех доходов и расходов. Только так можно увидеть те статьи расходов, которые являются наиболее затратными. Только так можно увидеть размер тех финансовых средств, которые тратятся на плохие привычки или содержание автомобиля. А если вы используете его всего один раз в месяц? Возможно уже настало время избавиться от бесполезных действий?

6) Чтобы добиться финансового успеха тратьте меньше, чем зарабатываете.

Траты никогда не должны превышать уровень доходов. Только при соблюдении этого условия можно говорить о накоплении денежных средств и обогащении. Вместе с доходами человека часто растут и его желания. И здесь важно понять, что желания могут расти до бесконечности и важно вовремя остановиться. Найти для себя тот оптимальный прожиточный вариант, от которого не следует отклоняться. Подобная финансовая самодисциплина должна стать частью жизни. Нужно изменить образ своего мышления и только тогда становится возможным достижение финансовой независимости.

Финансовый успех

7) Чтобы добиться финансового успеха одну десятую «платите себе».

Как минимум одну десятую часть своего дохода нужно платить себе. И это вовсе не значит трату на себя любимого. Любая трата становится доходом другого человека. А целью сохранения одной десятой части дохода является накопление собственного капитала. Того капитала, который в последствии будет работать на ваше благополучие и финансовую независимость. Накапливайте сбережения.

8) Чтобы стать финансово независимым — инвестируйте и приумножайте.

Значительное обогащение и достижение финансовой независимости невозможно без мудрого инвестирования денежных средств и их последующего приумножения. Именно поэтому следует максимально быстро начать поиск перспективных направлений для инвестирования. Только при соблюдении этого условия деньги начнут расти в геометрической прогрессии. Медленно, но верно. Основной целью здесь должно стать создание источника пассивного дохода.

9) Финансовая удача любит осторожных.

При начале инвестирования не стоит соблазняться большими процентами. Чем больше ожидаемый доход, тем больше вероятность потерять свои инвестиции. Эту простую истину необходимо усвоить! Выбирайте надёжные проекты, которые принесут меньшую прибыль, но гарантированно сохранят ваши денежные средства. Помимо этого не стоит вкладывать все деньги в одно направление. Инвестиции должны быть направлены в разные русла так, чтобы вероятность потерять всё и сразу стала минимальной. Это называется диверсификация.

10) Если хотите стать финансово независимым — занимайтесь делом, в котором хорошо разбираетесь.

Какими бы заманчивыми не были условия, не стоит бросаться с головой в то дело, о котором мало знаете. Новые навыки и новые знания нарабатываются постепенно. Инвестировать следует в ту отрасль, в которой разбираетесь сами и риски можете оценивать самостоятельно! А вот действия вслепую могут вести к неоправданным рискам и быстрой потере средств. О каком стабильном успехе может идти речь в подобном случае?!

Итак, богатство покоряется только финансово грамотным людям. Будьте настойчивы в достижении цели и у вас всё получится.

Да прибудут с вами мудрость, организованность и постоянство!

Как «раскрутить» свою книгу?

Продажа книг – это большой бизнес. Крупные книжные магазины с удовольствием работают с именитыми авторами, помогая им устраивать презентации и пресс-конференции. Авторы бестселлеров получают солидные гонорары и любовь читателей. Крупных «акул пера» единицы, их знают практически все. Неизвестных авторов очень много, большинство из них никогда не станут популярными. Дорога к славе может быть весьма тернистой.

Как стать известным начинающему писателю? Никто не выстраивается в очередь, чтобы купить его книги и получить автограф. Неопытные авторы думают, что их бессмертные творения мгновенно разойдутся миллионными тиражами. Это не так, чудес в жизни не бывает. Даже если книга очень интересная, её нужно активно рекламировать и продвигать.

Своя книга

На первых порах можно распространять произведение среди друзей и знакомых. Попросите людей оценить вашу книгу и стиль написания. Индивидуальные продажи станут своего рода «разминкой» для писателя. После «коробейничества» можно переходить к организации масштабного сбыта. Чаще всего читатели покупают литературную продукцию в книжных магазинах и киосках. С торговыми сетями придётся заключать соответствующие договора. Эффективными каналами продаж могут стать тематические ярмарки и выставки. Писатель сможет за один день познакомится там с огромным количеством потенциальных покупателей.

Современная молодёжь предпочитает скачивать электронные книги из интернета, поэтому есть смысл раскручивать свою книгу в сети и заключить соглашение с крупнейшими е-магазинами. Также можно создать группы во всех социальных сетях с целью ознакомления потенциальных читателей с вашим творчеством. Создайте сайт в интернете или используйте контекстную рекламу для «раскрутки» книги.

Значимость СМИ при продвижении новой книги трудно переоценить. Писатель должен стать публичной персоной. Постоянные интервью и участие в телепередачах значительно облегчают процесс продажи книг. Журналисты всё время ищут новые лица для своих сюжетов. Писатель должен обязательно наладить контакт с представителями СМИ.

Некоторые авторы проводят презентации своих книг в библиотеках. Это хороший вариант для рекламы, так как каждая библиотека обладает большой базой читателей. Активно пишущий человек получает возможность «достучаться» до тысяч сердец. Кто-то устраивает открытые встречи в формате творческих вечеров. Для начинающего автора «живые свидания» с аудиторией очень важны, так как никто не знает его в лицо.

Можно выстроить сбытовую сеть, состоящую из большого количества уличных торговцев и коробейников. Эти люди будут продавать вашу книгу мелким оптом в обмен на небольшую маржу. Этот вариант подходит для писателей, которые склонны к авантюризму. Сотрудничество с нелегальными уличными торговцами – это довольно опасное занятие.Существует большое количество литературных конкурсов различного масштаба. Участие в них может быть хорошей рекламой для творческих людей.

Не каждый писатель обладает навыками торгового работника. Не все продавцы обладают писательским талантом. Лишь единицы совмещают в себе талант продавца и творца бессмертных произведений. Если вы не уверены в своих силах, то поручите создание системы продаж профессионалам. Издательства и владельцы сетей книжных магазинов имеют в этом большой опыт.

Профессия почтальон. Небольшая статья о старинной профессии

Современные технологии постепенно «убивают» профессию почтальона. Возможно, когда-то она исчезнет совсем. Все письма и документы станут электронными, а доставкой товаров будут заниматься дроны.

Почтальон – это старинная профессия, которой около 300 лет. В царские времена «почтарей» уважали, у них была собственная форма одежды и определённые привилегии. Работа современного почтальона предполагает постоянные физические нагрузки и работу с людьми. Нужно доставлять адресатам газеты, квитанции, журналы, извещения, заказные письма и различные посылки.

Бывают у почтальонов и «калымы». Они разносят рекламные материалы по подъездам и доставляют товары из интернет-магазинов. Эти подработки позволяют компенсировать низкую зарплату. В отдалённых районах почтальоны приносят пожилым людям пенсии и социальные пособия.

Рабочий день «почтаря» начинается с планирования маршрута и сортировки корреспонденции. У каждого работника почты есть подведомственный участок. Большинство почтальонов ходит пешком. Для переноски газет и журналов используется специальная тележка.

Почтальон Печкин

Некоторые специалисты передвигаются на велосипедах, мотороллерах и мотоциклах. Иным способом добраться до отдалённых населённых пунктов просто нереально. Почтальон должен обладать хорошей памятью, крепким здоровьем и уметь общаться с людьми.

Для прокладки оптимального рабочего маршрута требуется умение ориентироваться в пространстве. Клиенты не всегда ведут себя адекватно. Кто-то находится в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. У других проблемы со зрением и слухом. Пожилые граждане не всегда мыслят ясно.

На почтальонов периодически совершают нападения. Преступников интересуют денежные средства, которые работник почты вынужден носить с собой. Определённые неприятности могут доставить и домашние питомцы граждан. Особенно это касается собак бойцовских пород и различных экзотических животных. В подъездах жилых домов часто «тусуются» сомнительные компании, которые представляют опасность для разносчика почты.

Иногда почтальону дают задание доставить корреспонденцию по несуществующим адресам. Это происходит из-за ошибок персонала почтовой службы. Почтальонами часто работают женщины. Никакого специального образования «почтарю» не требуется. Карьерных перспектив в этой работе особо не просматривается, поэтому в профессию часто идут школьники, студенты и пенсионеры.

Работники почты хорошо знают самые дальние городские закоулки. Со временем почтальон становится «своим» среди жителей района, многие узнают его в лицо. В некоторых городах США, Германии и России установлены памятники почтальонам.

Бессонница. Её причины и лечение.

Если вы страдаете от бессонницы, то здесь найдете несколько советов, как обеспечить себе здоровый сон. Но сперва давайте поговорим о последствиях недосыпа.

Бессонница приводит к ухудшению самочувствия, к чувству постоянной усталости, повышенной восприимчивости к стрессу и раздражению, ухудшает когнитивные функции головного мозга. В целом, больше всего страдает психическое здоровье человека. Появляются неврологические проблемы, за которые отвечает неправильная работа шишковидного тела (эпифиза, который производит психоактивные вещества — мелатонин, дофамин, серотонин). Недостаток сна вызывает отклонения в его работе вследствие чего ослабевает работа всего мозга. Это приводит к нарушению памяти, мышления и координации движений. Человек становится эмоционально нестабильным.

Замучала бессонница

К причинам вызывающим бессонницу относится: Употребление крепкого кофе или чая, алкогольных напитков, большого количества лекарств;

  • Употребление крепкого кофе, алкогольных напитков, большого количества лекарств;
  • Недостаток или практически полное отсутствие движения днём;
  • Позднее употребление пищи, в особенности нездоровой;
  • Вечерние просмотры телевизионных программ (перевозбуждение мозга)
  • Ежедневная подверженность сильному стрессу.

Если вы действительно желаете разобраться с этой проблемой — придется проявить дисциплину и твердость характера. А как вы думали?!

 Мелатонин и здоровый сон

В этот момент стоит упомянуть о здоровом действии мелатонина, то есть гормона сна. Именно он позволяет нам войти в фазу глубокого сна, в котором наш организм восстанавливается. Кроме того, помогает нам адаптироваться к изменениям времен года и к связанным с этим изменениям продолжительности дня и ночи. Мелатонин регулирует ритм сна и бодрствования, температуру тела, жировой обмен, сексуальную активность, помогает удалить из организма раковые клетки, защищает от депрессии.

 Медикаментозное лечение бессонницы

Данный вид лечения бессонницы не должен быть основным. Не стоит его использовать более двух недель подряд. Это связано с привыканием к некоторым препаратам. В борьбе с бессонницей используются различные группы веществ – мелатонин, антигистаминные лекарственные средства и снотворные таблетки природного происхождения.

Выбор конкретного препарата, его дозы и продолжительности курса лечения бессонницы должны подбираться индивидуально.

Всегда следует подумать о других возможных методах лечения и искать в первую очередь причины возникающих расстройств.

Если одной из причин расстройства сна являются стрессовые ситуации, стоит попробовать методы релаксации/медитации.

Здоровый крепкий сон

 Как позаботиться о качестве сна и быстро заснуть?

  1. В первую очередь выберите подходящий матрас, который обеспечит вам комфортный и спокойный сон.
  2. Если вы хотите быстро заснуть, позаботьтесь о тишине и покое.
  3. Купите соответствующее постельное белье и наволочки выполнены из «дышащих» материалов, не вызывающих перегрев или потоотделение.
  4. Подумайте об изменении цвета стен или мебели, чтобы спальня вызывала уютные ощущения.
  5. Спокойный сон может нарушить наличие видеотехники в спальной комнате. Поэтому необходимо убрать из спальни компьютер, телевизор и прочую бытовую технику. Они влияют на неблагоприятную ионизацию воздуха. Спальня должна ассоциироваться со сном и отдыхом.
  6. Позаботьтесь о чистом и свежем воздухе в спальне. Перед сном проветрите комнату. Вы можете также установить хороший кондиционер, который будет поддерживать нужную температуру в помещении, одновременно фильтруя воздух.
  7. Не держите в спальне слишком много растений. Запах некоторых из них может отрицательно воздействовать на людей, страдающих от аллергии.
  8. В спальне должна быть температура воздуха около 20-22 градусов.
  9. Последний прием пищи должен быть не позже, чем за 2-3 часа до сна. На ужин выбирайте продукты, содержащие триптофан (рыба, птица, теплое молоко с добавлением одной чайной ложки меда, кусочек горького шоколада). Ещё лучше — легкий ужин.
  10. Спокойный сон также обеспечит теплая, расслабляющая ванна с добавлением успокаивающих эфирных масел.
  11. Старайтесь ложиться спать в одно и то же время.
  12. Полезными могут быть травяные чаи, например, из мелиссы или зверобоя.

Помните — без постоянства и дисциплины решение проблемы бессонницы будет только временным. Измените свои привычки — изменится и ваше состояние. Желаю вам крепкого здоровья и каждодневного приятного глубокого сна.

Как научиться быстро печатать на клавиатуре?

В наше время, когда компьютеры стали неотъемлемой частью повседневной жизни, умение быстро печатать десятью пальцами, несомненно, обретает все более высокую ценность. Мы печатаем, когда готовим доклады, рефераты, презентации по работе или учебе. Мы печатаем, когда пишем ответ в социальной сети, когда набираем поисковый запрос, когда пишем текст поздравления для друга на день рождения.

И это только примеры из повседневной жизни, а ведь умение быстро набирать текст прежде всего будет полезно на работе – сегодня компьютеры для более эффективной и быстрой обработки информации используются практически в каждой компании.

Почему важно уметь быстро печатать?

Чтобы научиться чему-то, сначала важно спросить себя: «А зачем мне это вообще нужно? Зачем мне тратить время на обучение этому?»

Во-первых, ваша скорость работы существенно возрастет. Соответственно, если вы будете работать быстрее, вы будете получать более высокую заработную плату. Это умение особенно важно для таких профессий, как копирайтер, рерайтер и т.п. Однако и для многих других профессий это умение тоже будет полезным.

Во-вторых, освоив метод слепой печати, вам не придется смотреть на клавиатуру. А это значит, что ваши глаза будут меньше уставать. Значит, вы также сохраните ваше зрение. Да и со стороны, когда кто-либо смотрит на вас и видит, как быстро и ритмично вы набираете, не смотря при этом на клавиатуру, они начинают вами восхищаться, спрашивать, как вы этому научились? И это, конечно же, тоже приятно.

В-третьих, ваши мысли больше никогда не будут сбиваться от того, что вы слишком долго ищете нужную клавишу. Теперь поток ваших мыслей может идти наравне со скоростью печати. И это просто приятно осознавать, ведь теперь ваши мысли будто сами перелетают на экран, вы даже не задумываетесь о том, как это происходит. Это происходит на автомате, и вы этим наслаждаетесь.

Десятипальцевый метод набора текста

Если все упомянутые преимущества, которые вы получите, вам нравятся, смело переходите к обучению. С чего начать? Как быстрее всего научиться печатать? Об этом мы поговорим с вами в следующих разделах статьи.

Бесплатные онлайн-тренажеры

Первый способ обучения слепому десятипальцевому методу печати – это обучение посредством онлайн-тренажеров.

Существуют различные тренажеры, однако, один из лучших, с которого вы можете начать обучение – сайт vse10.ru. На этом сайте нет ничего лишнего, нет никакой теории, вы просто последовательно выполняете практические упражнения по набору определенных символов.

Есть два различных курса – русский и английский. Каждый курс состоит из 16 несложных упражнений. Каждый раз, перед началом набора, необходимо правильно расположить пальцы на клавиатуре. Каждому пальцу соответствует определенная клавиша на клавиатуре.

Все клавиатурные клавиши на сайте vse10.ru представлены на отдельной картинке, где каждая клавиша раскрашена разным цветом. Всего 10 цветов. Каждому цвету соответствует определенный палец вашей руки. Поэтому, ещё до начала выполнения упражнения, имеет смысл расположить пальцы правильным образом.

Вообще, вся суть обучения слепой десятипальцевой печати сводится к тому, чтобы выучить все соответствия между клавишами на клавиатуре и тому, каким пальцем нужно на каждую клавишу нажимать. Соответственно, вы можете просто зазубрить это, а потом практиковаться в использовании, чтобы довести поиск и нажатие каждой клавиши на клавиатуре до автомата. Все клавиатурные тренажеры созданы именно с целью помощи вам в изучении всех соответствий между пальцами и клавишами и одновременной практики их нажатия.

Быстрая печатать на клавиатуре

Существует сайт, на котором обучение десятипальцевому набору превращено в состязание, в игру, где участники соревнуются, гонятся за скоростью набора на клавиатуре – klavogonki.ru. В начале гонки всем её участникам дается определенный текст на русском или английском языке. Далее происходит обратный отсчет перед началом гонки, и участники соревнования стартуют. Визуально каждый участник представлен в виде машины. Когда какой-либо участник достигает большей скорости набора, чем другие, он визуально вырывается вперед. Сама игра в итоге получается очень интересной и захватывающей. Вы совмещаете приятное с полезным – учитесь быстро печатать и играете в интересную игру, соревнуясь с реальными соперниками.

Если ваша задача – научиться быстро печатать на английском языке, вы можете попробовать посоревноваться на сайте typeracer.com. Сайт очень похож на клавогонки, однако, различие между ними заключается в том, что все тексты, которые вам предстоит набрать на typeracer.com, будут представлены на английском языке.

Соло на клавиатуре

Помимо бесплатных тренажеров существует также платная альтернатива – «Соло на клавиатуре». Отличие этой программы от других тренажеров в том, что, ещё до начала выполнения следующего упражнения (которых в этой программе великое множество – несколько сотен), вам предлагается к прочтению довольно длинный текст, в котором авторы программы шутят и настраивают вас на позитивный лад. Если вы любите читать или если вам нужна некоторая моральная поддержка в течение всего курса обучения набора на клавиатуре, вы можете использовать эту программу для обучения. Однако, использование обычного онлайн-тренажера ничем не хуже данной программы, если учиться слепому десятипальцевому набору последовательно и постоянно, не бросая начатого.

Заключение

Итак, подводя итоги, стоит отметить, что научиться набирать быстро в наше время может любой желающий, имеющий искреннее стремление. В первое время, конечно, будет немного сложно. Особенно, если раньше вы набирали, используя всего 2 пальца. Позже, однако, когда вы освоите десятипальцевый метод, все ваши труды окупятся сполна, и набор на клавиатуре будет приносить вам одно удовольствие!

Вперед, в мир новых ощущений, где вы будете профессионально владеть слепым методом набора! Удачи вам в этом нелегком пути!


Другие интересные материалы:

Первые 20 часов. Как быстро научиться… чему угодно — Джош Кауфман... Автор книги, Джош Кауфман, утверждает, что за 20 часов правильно организованных занятий можно научиться любому делу. Лучшее доказательство тому – он с...
Литературный марафон: как написать книгу за 30 дней — Крис Бейти... Крис Бейти, основатель литературного марафона National Novel Writing Month, в рамках которого созданы десятки мировых бестселлеров, в легкой и остроум...