Переиграть Уолл-стрит — Питер Линч

Переиграть Уолл-стритКуда выгоднее вкладывать деньги — в акции или облигации? Как выбрать лучшие акции, которые станут победителями на рынке? Как правильно читать баланс и финансовые отчеты компании, чтобы получить максимум информации для принятия решения? Что нужно учитывать при выборе взаимного фонда Как обогнать рынок? Эти и множество других вопросов профессионально н доходчиво обсуждаются автором, сумевшим превратить историю своего 13-летнего управления фондом в остроумное и увлекательное повествование.

Автор книги Питер Линч — легенда инвестиционного сообщества Под его руководством взаимный фонд Magellan инвестиционной группы Fidelity достиг выдающихся результатов и стал одним нз крупнейших в США, продемонстрировав рост активов с 18 миллионов долларов до 14 миллиардов.

Эта книга — бесценный опыт успешного управляющего портфелем, предлагаемый читателю, что называется, из первых рук. Она будет интересна как профессионалам- управляющим портфелями ценных бумаг, менеджерам инвестиционных фондов, специалистам фондового рынка, — так и непрофессионалам: частным инвесторам и всем, кто желает сохранить и приумножить свои сбережения.

Предисловие к книге «Переиграть Уолл-стрит»

Я покинул свой пост в Fidelity Magellan Fund 31 мая 1990 года, ровно че­рез 13 лет после того, как пришел на эту работу. Джимми Картер в быт­ность свою президентом как-то признался, что в его сердце живет страсть. Мне тоже это знакомо: я испытываю страсть к акциям. По моим прикид­кам, за эти годы я приобрел для инвесторов фонда Magellan акции более 15 тысяч компаний, и многие из них покупались неоднократно. Неудиви­тельно, что про меня говорят, будто нет такой акции, которая бы мне не понравилась.

Хотя внешне уход мой был неожиданным, решение уйти созрело не за одну ночь. Отслеживать такое количество компаний становилось все тяжелее к середине 80-х, когда индекс Dow Jones перевалил за 2000, а мне исполнилось 43. Управляя портфелем стоимостью, эквивалентной ВНП Эквадора, я почти перестал бывать дома и совсем забросил детей. А они быстро растут. Каждые выходные я с трудом вспоминал, как их зо­вут. Я проводил больше времени с Fannie Мае, Freddie Mac и Sailie Мае, чем со своими детьми.

Если человек начинает путать названия организаций с именами чле­нов своей семьи, помнит две тысячи кодов акций, но забывает о дне рож­дения детей, это верный признак, что он заработался.

В 1989 году, когда Большая коррекция 1987 года уже осталась позади и на рынке царило спокойствие, я отмечал свой 46-й день рождения с женой Кэролин и дочерьми Мэри, Энни и Бет. В разгар праздника меня вдруг поразила одна мысль. Я вспомнил, что в 46 лет умер мой отец. Осознав, что уже пережил своих родителей, начинаешь чувствовать, что и ты не ве­чен. Начинаешь понимать, что жизнь — это краткий миг, после которого наступает небытие. Начинаешь жалеть, что не насмотрелся школьных спектаклей, не накатался на лыжах, не наигрался в послеполуденный фут­бол. Вспоминаешь, что на смертном одре никто не говорит: «Боже, ну по­чему я так мало времени проводил на работе!»

Я пытался убедить себя, что взрослеющим детям уже не нужно столько внимания, как раньше, но в глубине души чувствовал: это не так. Два года— ужасный возраст, когда дети носятся вокруг, спотыка­ясь и падая, а родителям приходится заклеивать пластырем их беско­нечные ссадины. Но пластырь отнимает меньше времени и сил, чем по­мощь подростку с домашним заданием по испанскому или математике, которую мы уже подзабыли, чем бесчисленные поездки на теннисный корт, в супермаркет или улаживание очередной проблемы подростко­вого периода.

По выходным, чтобы не потерять связь с подросшими детьми, ро­дители должны слушать любимую ими музыку и запоминать названия рок-групп, ходить вместе на фильмы, которые по своей воле не стал бы смотреть ии один взрослый. Я все это делал, хотя и не часто (по субботам я сидел в офисе, разгребая груды бумаг). Изредка выбираясь с детьми в кино или пиццерию, я смотрел на это глазами инвестора. Именно они познакомили меня с Pizza Time Theater, о покупке акций которой я потом пожалел, и с Chi-Chfs, акции которой я напрасно не взял.

К 1990 году Мэри, Энни и Бет исполнилось 15, 11 и 7 лет соответствен­но. Мэри училась в пансионе и иногда приезжала домой на выходные. Осенью она играла в семи футбольных матчах, но я: смог увидеть лишь один. Это был также год, когда новогодние открытки родственникам за­поздали на три месяца. Альбомы, в которые мы заносили достижения на­ших детей, переполнились так и не вклеенными экспонатами.

Вечером, если я не задерживался на работе, мне приходилось ходить на собрания то одной, то другой благотворительной или общественной организации, в советы которых я входил. Они нередко приглашали меня на заседания комитетов по инвестициям. Что может быть лучше отбора акций для достойных целей? Однако объем общественной работы непре­рывно рос, равно как и нагрузка в Magellan Fund. И, конечно, все больше внимания требовали дочери. Домашние задания усложнялись, множи­лись дела и занятия, на которые их нужно было ежедневно возить.

Между тем по ночам мне снилась Saliie Мае, а самые романтичные встречи с Кэролин, моей женой, происходили по пути в гараж и обратно. На ежегодном медицинском осмотре я признался врачу, что мое единс­твенное физическое упражнение — это чистка зубов гигиенической нитью. Я не прочел ни одной книги за последние полтора года. За два года я видел три оперы: «Летучий голландец», «Богема» и «Фауст», но не был ни на од­ном футбольном матче. Отсюда следует 1-й принцип Питера:

Когда количество опер со счетом 3:0 опережа­ет футбольные матчи, в вашей жизни что-то не так.

К середине 1990 года я наконец понял, что с этой работы нужно ухо­дить. Однако мне прекрасно известно было о том, что произошло с тезкой моего фонда Фердинандом Магелланом, хогда он отошел от дел и посе­лился на далеком острове в Тихом океане (его растерзали на куски рассви­репевшие дикари), и это удерживало меня от резких движений. Пытаясь избежать гибели от рук рассерженных акционеров, я встретился с Недом Джонсоном, моим начальником в Fidelity, и Гари Беркхедом, директором по общим вопросам, чтобы обсудить плавный выход из игры.

Наш разговор был открытым и дружественным. Нед Джонсон пред­ложил мне взять на себя руководство группой фондов Fidelity, занимаю­щихся акциями, и фонд поменьше, с активами миллионов в 100, вместо 12-миллиардного гиганта, который был у меня. Однако, на мой взгляд, новый фонд, пусть и без пары нулей в сумме активов, потребовал бы тех же затрат труда, что и старый, и мне опять пришлось бы сидеть на работе по субботам. Поэтому я отклонил любезнэе предложение Неда.

Далеко не все знают, что я еще управлял пенсионным фондом с ак­тивами в 1 млрд долл., принадлежащим нескольким крупным корпора­циям, включая Kodak, имеющую в нем наиболее значительную долю, Ford и Eaton. Этот пенсионный фонд демонстрировал более высокий ре­зультат, чем Magellan, поскольку у меня там было меньше ограничений. Например, пенсионному фонду разрешалось вкладывать более 5% своих активов в акции одного эмитента, в то время как взаимному фонду это запрещено.


Переиграть Уолл-стрит — Питер Линч (скачать)

А вот интересный видеоролик по теме:

 


Другие интересные материалы:

Малая энциклопедия трейдера — Эрик Найман... В этой книге рассматриваются основы технического и фундаментального анализа финансовых рынков, психологии биржевой игры, а также системы управления ри...
Как играть и выигрывать на бирже — Александр Элдер... Успешный трейдер с тридцатилетним опытом и специалист по техническому анализу биржевых графиков - доктор Александр Элдер, написал эту популярную книгу...
Воспоминания биржевого спекулянта — Эдвин Лефевр... Эта книга без сомнения принадлежит к золотому фонду биржевой литературы. С 2004 года я прочел ее не менее 10 раз и до сих пор нахожу кое какие новые и...