Птица за птицей. Заметки о писательстве и жизни в целом — Энн Ламотт

Птица за птицей - Энн ЛамоттДумаете, что внутри вас сидит ненаписанная книга? Энн Лэмотт готова помочь вам вытащить ее наружу. Она покажет, где найти вдохновение, мотивацию, как обрести свой стиль, начиная с плохеньких черновиков и заканчивая странностями общения с издательствами.

Энн Ламотт, известная больше как автор книг нон-фикшн, создала практичное и мудрое пособие по писательскому мастерству — «Птица за птицей». Эта книга научит конкретным приемам письма и ответит на вечные вопросы начинающих писателей: о чем и как писать? Как начать это делать? Как найти своего героя? Сколько страниц в день нужно писать? И вообще: моё ли это?

Лэмотт рассказывает о реалиях жизни писателя, которая имеет мало общего с литературными тусовками — скорее, состоит из зависти, творческих кризисов и отчаянных сражений за каждый параграф.

Предисловие

Мои родители читали в каждую свободную минуту и по четвергам водили нас в библиотеку чтобы запастись книгами на следующую неделю. Почти каждый вечер после ужина отец растягивался с книжкой на диване, а мама со своей забиралась в кресло-качалку. Мы же, трое детей, расходились по своим уголкам для чтения.

После ужина в доме становилось очень тихо — если, конечно, к нам в гости не приходили папины друзья — писатели. Мой папа тоже был писателем, как и большинство его знакомых. Это не самые тихие люди на свете, зато, как правило, очень добрые и в их компании есть что-то по-настоящему мужское. Чаще всего они проводили вечера в баре в Саусалито, но иногда заглядывали к нам выпить по стаканчику и в итоге оставались на ужин. Я их обожала, но они, бывало, напивались у нас до отключки. Меня это пугало, я вообще была нервным ребенком.

Каждое утро, как бы поздно отец ни лег накануне, он вставал в 5:30, шел в свой кабинет, пару часов писал, потом готовил нам завтрак. Они с мамой читали газеты, а затем он возвращался за письменный стол и проводил там остаток утра. Прошли годы, прежде чем я поняла, что у него такая профессия, что он сам ее выбрал, что он не безработный и не больной. Мне хотелось, чтоб у него была нормальная работа, как у других отцов: чтобы он надевал галстук, шел в какую-нибудь контору, сидел там за столом и курил.

Но работать на кого-то и сидеть в чужом кабинете мой отец бы не смог; он противился этому всем существом. Думаю, это его убило бы. Он и так умер рано: ему не было и шестидесяти. Но хотя бы прожил жизнь по-своему.

Итак, я выросла в одном доме с человеком, который днями напролет сидел за столом и писал книги и статьи про те места, где бывал, и людей, которых знал и видел. Он читал много стихов. Иногда он путешествовал. Он мог отправиться куда угодно, если ему всерьез хотелось туда попасть. У писательского ремесла есть огромный плюс: оно дает законный повод перепробовать разные занятия и исследовать разные места. Еще один плюс в том, что сочинительство учит вглядываться в жизнь, в ее гущу, в то, как она кипит и движется вокруг.

Творчество научило отца наблюдать за жизнью; он сам учил других наблюдать и записывать подмеченное. Он работал в тюрьме Сан-Квентин с заключенными, которые решили окончить писательские курсы. Но он учил и меня — прежде всего собственным примером. Он советовал мне — и уголовникам — набрасывать хоть что-то каждый день. Читать все толковые книги и пьесы, какие подвернутся под руку. Стихи. Быть смелыми и оригинальными, позволять себе ошибки. Отец любил цитировать Джеймса Тербера: «Падать можно разным стилем: хочешь — плюхнись на живот, хочешь — завались на спину». Отец помог и заключенным, и мне найти в себе массу чувств, наблюдений, воспоминаний, фантазий, и (о боже!) мнений, которыми мы мечтали поделиться с миром.

Но наше счастье омрачала одна мелочь: в какой-то момент надо сесть и начать писать.

Наверное, мне это оказалось проще, чем уголовникам, потому что я была еще ребенком. Но все равно нелегко.

Сочинять я начала лет в семь или восемь. Я была странной, очень застенчивой девочкой, больше всего на свете любила читать и весила в то время от силы восемнадцать килограммов. К тому же я была зажатой, постоянно втягивала голову в плечи по самые уши, как Ричард Никсон. Как-то я посмотрела домашнюю съемку одного дня рождения, на котором побывала в первом классе: трогательные мальчики и девочки играют вместе, как щенки, и вдруг на первом плане прохожу я, словно краб-переросток. У меня явно были все задатки, чтобы стать серий-ной убийцей — или дюжинами разводить дома кошек. Но вместо этого я научилась шутить. И все потому, что мальчишки постарше меня, даже незнакомые, проезжали мимо на велосипедах и дразнились. Чувство было такое, словно меня расстреливают. Наверное, оттого я и ходила как Никсон: пыталась заткнуть уши плечами, но безуспешно. Так что я сперва научилась шутить, а потом стала писать. Правда, я не всегда писала смешно.

Скачать ознакомительный фрагмент книги (~20%) можно по ссылке:

Птица за птицей. Заметки о писательстве и жизни в целом — Энн Ламотт (скачать)

Полную версию книги читайте в лучшей онлайн библиотеке Рунета — Литрес.

А напоследок предлагаем посмотреть интересное видео по теме:


Другие интересные материалы:

Будь лучшей версией себя — Дэн Вальдшмидт... В книге "Будь лучшей версией себя" описаны истории обычных людей, добившихся неординарного успеха. От них веет невероятной энергией. Они никого не ост...
Большая восьмерка. Результаты самого масштабного исследования успешных людей ... Что нужно для успеха? Чтобы найти ответ на этот вопрос, Ричард Сент-Джон провел, пожалуй, самое полномасштабное исследование его природы. Он взял инте...
Быть начальником – это нормально. Пошаговый план, который поможет вам стать тем ... Брюс Тулган – эксперт в области управления, автор статей для New York Times и USA Today, преподаватель Йельского университета и лауреат Пулитцеровской...